A+ A A-

Не доводя до суда

  • Автор  Луиза Махмудова, Алина Хикматуллаева
Оцените материал
(1 Голосовать)
Не доводя до суда Не доводя до суда

Развитие правовой культуры в нашем обществе ведет, в том числе, и к росту обращений в судебные инстанции. Одним из эффективных способов разгрузки переполненных обращениями и рассмотрением дел судов для многих стран стал сегодня институт медиации, где компромисс две конфликтующие стороны ищут с помощью профессионального посредника — медиатора. Узбекистан также продвигается в данном направлении. 
В настоящее время подготовлен и проходит экспертное обсуждение проект закона «О медиации». Об этом — в беседе с председателем Международного коммерческого арбитражного (третейского) суда при Торгово-промышленной палате Республики Узбекистан Фозилжоном Отахоновым.

 

    — Что даст принятие закона о медиации?mediation 3
    — Перекладывать все наши конфликты, споры на государственные суды не выгодно и не целесообразно. Сегодня у нас уже наряду с государственными судами, разгружая их, действуют третейские суды. Однако в Узбекистане растет число действующих субъектов предпринимательства, которое на сегодня превысило 300 тысяч. При занятии коммерческой деятельностью без спорных вопросов дело не обходится. Предпринимательство подразумевает различные риски. А где есть риск, там есть возможность конфликта. Так, например, в первый год моей работы, в 1995 году, в системе хозяйственного суда по всей республике было рассмотрено порядка 12 тысяч споров между субъектами предпринимательства. А сегодня рассматривается около 300 тысяч таких споров в год. Хозяйственные суды перегружены. При этом количество судей не изменилось. Было и есть 143 человека, с учетом Высшего хозяйственного суда, где 19 человек. Безусловно, в этой системе идет внедрение современных технологий, которые облегчают работу судей, в том числе видеоконференц-связи. Но это не может полностью решить проблемы существенной разгрузки судей и, как следствие, принятия более качественных решений судами.
    При этом определенные действия в этом направлении предпринимались. Так, до 1993 года в рамках действовавшего тогда Хозяйственного процессуального кодекса обязательным условием был претензионный порядок спора между сторонами. То есть было необходимо предъявить претензию второй стороне и только в случае неполучения ответа уже обращаться в суд. Это было сдерживающим фактором при судебных обращениях. Позже для облегчения процедуры обращения субъектов предпринимательства в суды данный претензионный порядок был оставлен только в случаях, если это отдельно предусмотрено законом или договором между сторонами. В результате стороны вместо того, чтобы решить вопрос путем переговоров в претензионном порядке, стали по любому спору сразу обращаться в суд.
    В то же время, как показывает опыт развитых стран, там стороны конфликта стараются до обращения в суд решить свои проблемы путем альтернативных способов, в числе которых медиация. С одной стороны, это связано с тем, что обращения в суды — процесс дорогостоящий. С другой стороны — решение спорного вопроса путем медиации оказывает существенное влияние, как правило, положительное, на дальнейшее взаимоотношение конфликтующих сторон. Согласно статистике, в ряде зарубежных стран до 80-85% споров решаются путем медиации. То есть в суды поступает лишь 15% обращений из тех, что могли бы быть. А учитывая, что определенное количество из них остается еще и за третейскими судами, то до государственной судебной системы доходит около 5–8%.

    — Сегодня мы планируем использовать этот опыт у нас?
    — Исторически на нашей земле применялись принципы медиации. Так, по свидетельству архивных документов, в Кокандском ханстве в отчете судей указывалось, сколько из общего количества поступивших дел было урегулировано до судебного процесса и кто был за это ответственен. В роли медиаторов, говоря современным языком, выступали консультанты суда. То есть вопрос решался в здании суда, но не судьей.
    С другой стороны, в нашей стране система медиации применяется на практике в семейных спорах при участии членов примирительных комиссий схода граждан (при органе самоуправления граждан — махалле). При этом есть правовая основа для этого в виде Положения. Далее в уголовном судопроизводстве в определенных статьях также предусмотрены примирительные процедуры, в частности, при рассмотрении дел, возникших после столкновения автомобилей. При этом важно помнить, что конфликтующим сторонам найти общий язык без грамотного посредника очень сложно. А институт примирения имеет большое значение, также разгружая суды, помогая «отсеивать» те преступления, которые не несут большой угрозы обществу.

 

Институт медиации может стать

эффективным способом разгрузки

переполненных обращениями судов


    Еще одним примером применения элементов медиации является помощь Торгово-промышленной палаты при возникновении конфликтов, связанных с деятельностью хозяйственных субъектов из числа ее членов. Здесь согласительную процедуру проводят специалисты юридической службы ТПП, предваряя обращение своих членов в хозяйственный или третейский суд.

    — Кто, на Ваш взгляд, может выступать в роли медиатора?
    — Это, как правило, авторитетные люди с жизненным опытом. Примером могут быть профсоюзные лидеры, которые, обладая соответствующими навыками и желая разрешить конфликт, возникший между руководителем и сотрудником организации, выступают в роли медиатора. При этом помочь разрешить подобный конфликт способен и просто сотрудник, пользующийся авторитетом в коллективе. Своими доводами он способен предотвратить факт увольнения, умея объяснить, в частности, что в случае незаконного увольнения и последующего обращения в суд, возникнут проблемы и для руководителя, и для работника, пострадает авторитет обоих.
Применение системы, в основе которой лежит медиация, действительно востребовано. Процесс «созрел» для того, чтобы урегулировать его на уровне закона. То есть закрепить процедуру медиации, определить, кто сейчас может быть медиатором, каковы требования к нему. Например, определиться, должен ли медиатор иметь высшее образование или это не обязательно. В то же время сегодня вузы выпускают много психологов, и в медиации по проблемам семей можно пользоваться их потенциалом.
    Другой пример — споры, возникающие из коммерческой деятельности субъекта предпринимательства. Здесь дойти до сути вопроса, найти нужные аргументы сможет, например, экономист. В процессе медиации ему проще привести сторонам конфликта в цифрах какие потери, временные и финансовые, их ожидают при доведении дела до судебного разбирательства. И, конечно, в роли медиаторов могут выступать юристы. В ходе подготовки проекта закона «О медиации» специалистами Торгово-промышленной палаты Узбекистана и других организаций, вошедшими в рабочую группу, были изучены опыт зарубежных стран, международная практика в данном направлении. Скажем, в Европейском Союзе этот вопрос тоже урегулирован. В практическом плане в ряде стран вопросы, которые касаются, прежде всего, коммерческих споров, также стараются решить в досудебном порядке. В том числе во Франции, в Германии, США, Японии, Корее, Китае, Сингапуре.
    Многое из имеющегося положительного опыта было взято нами при подготовке проекта закона. Сегодня идет процесс экспертного обсуждения. Есть вопросы, над которыми нужно подумать. В частности, должен ли быть процесс обязательным или нет? Безусловно, стороны сами выбирают себе медиатора, сами приходят к общему решению. И здесь отражается принцип добровольности. С другой стороны, возникает обязательность такого обращения, в том числе и потому, что медиация — процесс новый и общество должно к нему привыкнуть.
    Еще один вопрос — это виды медиации. Она может быть досудебной, в период суда и послесудебной. В этом плане хороший опыт уже имеется в Республике Беларусь и Российской Федерации. Здесь на определенные категории споров установлено обязательное прохождение процедуры медиации.

    — Как работает этот механизм?
    — Когда в суд поступает исковое заявление, стороны конфликта сначала направляют к медиатору. При этом медиатор находится в этом же здании, это специалист данного суда, в том числе консультант или секретарь судебного заседания. При этом важно, что время, потраченное на медиацию, не идет «в минус», то есть срок исковой давности считается непропущенным. Если медиация возникает в ходе суда, то судья его приостанавливает или откладывает до принятия сторонами медиативного соглашения. Применяется еще такой рычаг для обращения к медиации, если одна из сторон воспротивится прохождению процедуры. В таком случае судебные расходы будут возложены именно на эту сторону, несмотря на исход дела. Такая система действует, в частности, в Республике Беларусь и ряде других стран. Еще один применяемый стимул — это возвращение сторонам 50% госпошлины в случае применения ими медиации. То есть процесс медиации является довольно-таки новым, и это нормально, что государство стимулирует его распространение определенными льготами. У нас это можно было бы применить в первую очередь в хозяйственных спорах, то есть узаконить стимулирующие меры по внедрению медиации в Хозяйственном процессуальном кодексе.

    — А насколько обязательно к исполнению решение, принятое в ходе медиации?
    — Как понятно, медиатор не принимает никакого решения, обе стороны сами заключают медиативное соглашение — взаимоприемлемое и добровольное. Что показывает зарубежный опыт? Если стороны, заключив медиативное соглашение, не хотят его добровольно исполнять, суд может утвердить его своим решением. Здесь речь идет о медиации, которая проведена уже после возбуждения дела, допустим, в хозяйственном суде или в суде по гражданским делам. Тогда на основании этого уже подается исполнительный лист, как и по решению суда.
    В нашем законопроекте медиативное соглашение при хозяйственных спорах приравнивается к гражданско-правовому договору. То есть, имея предмет спора и пройдя медиацию, стороны заключили медиативное соглашение, что является уже новацией в их договоре. Таким образом, медиативное соглашение становится в их взаимоотношениях основным новым регулирующим документом, заменяя, скажем, договор поставки, договор оказания услуг, договор выполнения работы.

 

После экспертного обсуждения законопроект

планируется представить на общественное

обсуждение в системе СОВАЗ, чтобы

каждый мог внести свои предложения


    — То есть у процесса медиации немало различных сторон?
    — Да, и этот вопрос требует глубокого изучения и рассмотрения имеющегося зарубежного опыта. Так, в отдельных странах, если медиативное соглашение не исполняется добровольно, это считается отказом от него и возникает право по передаче этого спора в суд.
    Важно очень скрупулезно относиться к самой природе медиативного соглашения. В частности, возвращаясь к вопросу о том, кто может быть медиатором, мы установили в законопроекте два направления — медиаторы, работающие на профессиональной основе и на непрофессиональной. Для них установлены разные требования, и этот пример также есть в международной практике. Думаю, мы можем применять и то и другое. На первом этапе профессиональных медиаторов мы должны использовать в спорах, возникающих между субъектами предпринимательства, гражданами, то есть в спорах, вытекающих из гражданских правоотношений. А вот семейные, трудовые споры, как мы видим, решаются специалистами махаллей, членами трудовых коллективов, и вот их можно считать «непрофессиональными» медиаторами. Это не означает, что медиатор — непрофессионал, а лишь то, что медиаторство не является его основной профессией. Медиатор в США, ряде стран Европы — это отдельная профессия. В ходе обсуждения нашего законопроекта мы ищем оптимальный вариант определения того, кто может быть медиатором, должны ли быть объединения медиаторов. Сегодня, например, в Узбекистане более 800 третейских судей, а ведь это также относительно новое направление. И число медиаторов также может быть значительным. И если последние захотят создать свое объединение или ассоциацию, почему бы им это не разрешить?

    — А какова коммерческая сторона медиации?
    — Безусловно, расходы на медиацию не должны быть больше судебных расходов — люди на это просто не пойдут. Более того, в законопроекте мы характеризуем медиацию как некоммерческий вид деятельности. Потому что если мы обозначим это как «коммерческую деятельность», то медиатор будет вынужден искать везде себе клиентов. В таком случае он должен будет платить наряду с подоходным налогом с гонорара еще и налог на прибыль. А как уже говорилось, не обязательно, чтобы медиатор был занят только медиацией. Пример — третейские суды, где судьи имеют основную профессию. Когда стороны выбирают третейского судью, он получает за это гонорар. Такой же порядок должен быть у медиаторов.

    — То есть, исходя из вышесказанного, медиатор не обязательно должен быть юридическим лицом?
    — Не обязательно, это не коммерческий вид деятельности. Но должна быть, я думаю, обязательная регистрация в государственном органе, например, Министерстве юстиции. Там ведутся учетная регистрация третейских судов и списки судей, которые публикуются на сайте Министерства. Кроме того, на первых порах необходимо проводить обучение медиаторов, чем также может заняться Министерство юстиции. В дальнейшем на основе социального партнерства эту функцию сможет взять на себя, скажем, Палата медиаторов. Если же медиатор захочет представлять юридическое лицо, то закон также не должен этого запрещать.

 

При обсуждении законопроекта о медиации

возникает немало вопросов, в том числе должен

ли быть этот процесс обязательным или нет

 

    — Таким образом, проект закона о медиации имеет немало нюансов, так как касаться он будет практически каждого.
    — Поэтому после экспертного обсуждения планируется его представить на общественное обсуждение в системе СОВАЗ, чтобы каждый мог внести свои предложения и видение того, как он должен работать на практике.

 

 

Луиза Махмудова,

Алина Хикматуллаева

Архив номеров за 2017 год

Задайте вопрос эксперту

Воспользуйтесь возможностью задать вопрос экспертам, выбрав в списке ниже интересующую вас тему. Ответы на наиболее интересные вопросы появятся на страницах журнала "Экономическое обозрение".
Неверный ввод
Неверный ввод

Подписка

Уважаемые читатели!

Не забудьте оформить подписку на наш журнал на 2017 год.

Подписаться на журнал можно с любого очередного месяца во всех почтовых отделениях Узбекистана.

Оформить подписку можно также через редакцию, оплатив счет.

Наши подписные индексы:
- для индивидуальных подписчиков - 957;
- для предприятий и организаций - 958.

Журнал выходит 12 раз в год.

Review.uz 2014 - 2017. Все права защищены.
Перепечатка материалов допускается только при наличии активной ссылки на портал.