A+ A A-

Мир в раздумьях. О судьбах либеральной глобализации

  • Автор  Виктор Абатуров
Оцените материал
(0 голосов)
Мир  в раздумьях. О судьбах либеральной глобализации Мир в раздумьях. О судьбах либеральной глобализации

Давным-давно, когда нынешнее зрелое поколение было в младенческом возрасте или ходило в детский сад, президент США Рональд Рейган, игравший до своего президентства ковбоев в вестернах Голливуда, и премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер, вошедшая в историю как «железная леди», дали своим странам «рейганомику» и «тэтчеризм» соответственно. Это экономические политики, предусматривающие чуть ли не полную либерализацию экономической жизни.

 

    Примерно тогда же Международный валютный фонд  сформировал «Вашингтонский консенсус» — набор рекомендаций торгово-экономических политик для всего мира на основании, естественно, заветов Рейгана и Тэтчер. Тогда же Френсис Фукуяма объявил о «конце истории» в одноименной статье, моментально сделавшей его культовым философом предстоящей четверти века. В статье он утверждал, что либеральная демократия окончательно воцарилась в мире как самая совершенная из всех возможных форма государственного, да и мирового управления. Впрочем, коммунисты точно так же позиционировали коммунизм чуть ли не с самого начала двадцатого века до тех пор, пока весь мир в нем окончательно не разочаровался. Так сформировались фундаментальные идейно-теоретические основы либеральной глобализации, и началась ее эпоха. Эпоха, в которой все мы существовали больше четверти века и мировоззренческие мантры которой до сих пор кардинально доминируют в странах, относящих себя к демократическим и развитым. Но сейчас применимость этих мантр к современному, уже изменившемуся миру вызывает все больше и больше сомнений.

 

В посткризисном восстановлении развивающиеся

страны сумели отхватить значительную часть

доли мировой экономики у развитых стран


    Сомнения начали появляться еще до глобального кризиса 2008–2009 годов, когда достаточно динамично в социально- экономическом плане начали развиваться страны, не относимые «демократическим миром» к вполне демократическим, то есть те, где, по мнению первых, демократические институты не соответствовали западным стандартам. И сомнения доносились со стороны именно подобных стран. Так как основной кризис разразился именно в странах развитых, наиболее либеральных и наиболее демократических, а не совсем либеральные и демократические пострадали от кризиса меньше и справились с ним быстрее, то эти сомнения заведомо усилились. Более того, в преодолении последствий кризиса и посткризисном восстановлении не совсем либеральные и демократические развивающиеся страны сумели отхватить значительную часть доли мировой экономики у развитых стран. Это не осталось незамеченным даже в таких цитаделях, апологетах и рассадниках и, можно сказать, «отцах-основателях» либеральной глобализации, как США и Великобритания. И вот в прошлом году жители Британии посчитали, что либерализация без границ с единой Европой приносит им больше неприятностей, чем преимуществ, и благодаря либеральной демократии проголосовали за то, чтобы барьеров в отношениях с континентом у них стало побольше. Тем самым они подорвали сам дух «Вашингтонского консенсуса». Как говорится, лиха беда начало. Дальше — больше. Жители США тоже подумали–подумали и решили: «Зачем нам нужна эта самая глобализация с ее выводом рабочих мест в другие страны? Нам самим работы мало». И проголосовали за Дональда Трампа, пообещавшего укреплять американскую промышленность, пересмотреть международные договоры, которые этому мешают, и — о, ужас! — проводить политику протекционизма, многократно заклейменную «Вашингтонским консенсусом». И вот мир, вернее, та его часть, которая считает себя самой цивилизованной, находится в тяжелых раздумьях. Почему так получается, как жить и что делать дальше? И что будет с либеральной глобализацией? Краткий обзор появляющихся мыслей в этом направлении.

Глобализация вторична
    Барри Эйхенгрин в своей статье «Последний вздох глобализации» на project-syndicate.org задается вопросом, до острых колик беспокоящим всех преданных поклонников этого явления: «Означает ли избрание Дональда Трампа президентом США, что глобализация умерла, или же сообщения о смерти этого процесса сильно преувеличены? А если глобализация лишь частично ослабла, а не смертельно больна, должно ли нас это тревожить? Насколько важным окажется для глобальной экономики замедление темпов роста международной торговли, которого следует теперь ожидать?». И тут же дает достаточно неожиданный для этих самых поклонников ответ: «Темпы роста мировой торговли замедлились бы в любом случае, независимо от Трампа. В первом квартале 2016 года рост уже остановился, а во втором квартале он упал почти на 1%. Тем самым продолжилась возникшая ранее тенденция: с 2010 года мировая торговля растет не более чем на 2% в год». Ситуация с трансграничными потоками финансового капитала, по его мнению, «еще более драматична. Валовые объемы движения капитала (то есть сумма притока и оттока капитала) не просто замедлили рост, в абсолютных цифрах они сейчас значительно ниже уровней 2009 года». Причиной замедления торговли и перетока финансового капитала он называет недостаточный экономический рост развитых стран и замедление китайской экономики, что весьма логично — торговля растет в результате экономического роста, а не наоборот. И он полагает, что «повышение государственных расходов на инфраструктуру с целью напрямую стимулировать инвестиции и рост экономики выглядит более подходящим лекарством». То есть это то, о чем «ЭО» неоднократно писал — необходима большая роль государства в экономике и ее стимулировании, в отличие от рецептов либеральных экономистов по манипулированию процентными ставками, которые давно уже не приносят желаемого эффекта. Однако наиболее либеральные экономисты — апологеты глобализации — уже вовсю обвиняют Трампа в том, что он эту самую глобализацию разрушает, а не проводимая по их рецептам долгие годы политика жесткой экономии и процентных ставок, не стимулирующая потребительский спрос и инвестиции в реальный сектор.

 

Причиной замедления торговли и перетока

финансового капитала эксперты называют

недостаточный экономический рост развитых

стран и замедление китайской экономики

mir1Возвращение к «трампономике»
    А вот о чем пишет в своей статье на project-syndicate.org «Кризис рыночного фундаментализма» Анатолий Калетский. По его мнению, мировой кризис 2008 года — это «провал свободной торговли, дерегулирования и монетаризма». Этот кризис «стал рассматриваться как причина «новой нормы» в виде постоянной жесткой экономии», что не приводило к социально приемлемому распределению доходов. «Дерегулированием финансов и торговли, усилением конкуренции и ослаблением профсоюзов правительства создали условия, которые в теории требовали перераспределения благ от победителей к проигравшим. Но сторонники рыночного фундаментализма не просто забыли о перераспределении; они запретили его». Калетский считает, что «макроэкономическое управление должно, наряду с ростом потенциала предложения, созданного с помощью технического прогресса и глобализации, обеспечивать также рост спроса». При этом он надеется, что «возвращение к кейнсианской модели управления спросом может оказаться главным положительным экономическим последствием прихода администрации Дональда Трампа к власти в США, когда экспансионистская фискальная политика заменит гораздо менее эффективные попытки денежно-кредитного стимулирования». Причем будущие приоритеты в экономической политике он видит явно вне настроений, господствовавших в период уходящей эпохи либеральной глобализации. «Если торговле, конкуренции и технологическому прогрессу суждено стать двигателями следующей фазы капитализма, они должны будут сочетаться с вмешательством государства в перераспределение прибыли от роста, и притом такими способами, на которые Тэтчер и Рейган объявили табу». Формирующаяся модель воспроизводит в новых условиях отвергнутые либералами постулаты Кейнса, но, как говорится, все новое — это хорошо забытое старое.

 

В условиях низких темпов роста мировой экономики

повышение государственных расходов на инфраструктуру

с целью напрямую стимулировать инвестиции и рост

национальных экономик выглядит хорошим лекарством

 

Сомнения в Бреттон-Вудеmir2
    А вот что пишет Мухамед Эль Эриан в статье «Нестабильный экономический порядок» на project-syndicate.org. «Система многосторонних отношений стала менее эффективной, в ней снизились готовность к сотрудничеству, а также уровень доверия, она стала уязвима перед сиюминутными, поверхностными решениями. На этом фоне неудивительно, что идеи глобализации и регионализации растеряли тот уровень поддержки, который у них был раньше, а набирающие популярность политические движения по обе стороны Атлантики критикуют эти концепции с целью привлечь больше сторонников в свой лагерь». Причину неэффективности системы международных отношений он видит в том, что в этой системе развитые страны имеют широкий ряд привилегий. Но в обмен на эти привилегии «развитые страны должны выполнять определенные обязанности, помогающие гарантировать работоспособность и стабильность всей системы. Однако последние события бросают тень сомнения на способность развитых стран соблюдать свои обязательства по этой сделке». Его вывод по поводу перспектив мировой финансовой системы весьма печален: «Организации Бреттон-Вуда, учрежденные после Второй мировой войны ради поддержания стабильности, рискуют потерять свое влияние, а страны, обладающие возможностью им помочь, похоже, не готовы на данном этапе решительно выступить в поддержку необходимых реформ».
    Впрочем, разговоры о неэффективности Бреттон-Вудской системы и применяемых в ней двойных стандартах в развивающихся странах идут уже давно. Так что, скорее всего, существующее положение дел может, наоборот, поспособствовать ее серьезному реформированию с активным участием развивающихся стран в сторону большей эффективности.

«Протекционная глобализация»
    Французская газета La Tribune досконально расписывает, как невыгодна и несправедлива торговля Европы с развивающимися странами и как выгодна торговля с США, приводя при этом многочисленные данные о взаимных таможенных пошлинах. Суть статьи — давайте прикроемся в торговле и отношениях с развивающимися странами и полностью откроемся в отношениях с США. В заключение же выдает идущий вразрез с либеральными догмами, но очень искренний пассаж. «В целом современная глобализация куда больше подвергает европейскую (в том числе и французскую) экономику экономическим рискам, хотя и предложила ей некоторые возможности для роста в прошлом. Времена изменились». А вот дальше выстраивается совсем интересная логическая конструкция. «Мы считаем, что протекционизм — это не изоляция, а, наоборот, большая открытость, постоянная переоценка равных правил игры в потоках товаров, капиталов и мигрантов в рамках конкурентной и открытой среды, которая подвержена определенным опасностям. Для этого прежде всего необходимо добиться большей гибкости отношений, если с развивающимися странами возможны договоренности в экономическом плане. Речь идет не о закрытой системе и изоляционизме, а об открытой игре по принципу свободного движения товаров». Другими словами, давайте закроемся от развивающихся, поскольку нам это уже не столь выгодно, как это было раньше. Но будем называть это, как и раньше, открытостью, чтобы и от других тоже открытости требовать. Обычное передергивание понятий. Наверное, скоро и термин появится «протекционная глобализация». Как бы на деле не вышло так, что этим термином будет прикрываться обыкновенный глобальный протекционизм. Но эта статья свидетельствует о том, что часть западного истеблишмента готова начать кардинально менять правила игры в глобальной экономике, дабы не допустить изменения доминирующего положения и связанных с этим преимуществ развитых стран.

Цифровизация вместо глобализации
    Лаура Тайсон и Сусан Лунд в своей статье «Адаптация к новой глобализации» на project-syndicate.org констатируют, что «во всем мире страны пересматривают условия участия в мировой торговле. Это не так уж плохо; в действительности признание разрушительных последствий глобализации на миллионы рабочих в странах с развитой экономикой назревало давно. Глобализация сделала для мира много хорошего. Тем не менее, даже если глобализация и уменьшила неравенство между странами, она усугубила неравенство доходов внутри них». Авторы приводят следующую статистику. С 1998 по 2008 годы в странах с развитой экономикой рост доходов среднего класса не отмечался. В то же время у тех, «кто стоял в верхней части глобального распределения», доходы выросли почти на 70%. Наиболее значительную долю выгод глобализации получают самые высокооплачиваемые в США лица. По мнению авторов, «расширение глобальных цепей поставок, кажется, достигло границ эффективности» и «замедленная мировая торговля, вероятно, станет новой нормой».

 

Организации Бреттон-Вуда, учрежденные после

Второй мировой войны ради поддержания

стабильности, рискуют потерять свое влияние


    В то же время они обращают внимание на то, что, похоже, глобализация не столько отступает, сколько трансформируется и меняет свой формат. «Скорее всего, она становится более цифровым явлением. Всего 15 лет назад практически не существовало трансграничных цифровых потоков; сегодня они оказывают большее влияние на рост мировой экономики, чем традиционные потоки продаваемых товаров. С 2005 года объем трансграничных потоков данных вырос в 45 раз и, как ожидается, в течение следующих пяти лет вырастет еще в девять раз». Тем не менее, подобная интерпретация представляется не вполне корректной. Глобализация как понятие, в первую очередь, связана с торговым обменом, с перетоком денежных средств и трансграничным владением активами. Если стремительно увеличивается трансграничная передача данных, то это еще не значит, что растут торгово-имущественные связи. Это значит, что растет просто трафик международного общения и коммуникаций без ярко выраженных экономических последствий. Просто по сетям общаться гораздо удобнее и быстрее.
    Причину падения популярности идей либеральной глобализации у широких кругов населения авторы видят в том, что «большинство стран с развитой экономикой, включая США, неадекватно отреагировали на потребности общин и отдельных лиц, оставшихся позади глобализации». И предлагают странам с развитой экономикой «помочь работникам приобрести навыки, необходимые для того, чтобы заполнить высококвалифицированные рабочие места в цифровой экономике». И далее следует перечень социальных по своей сути мер, которые необходимо предпринять правительствам в области образования и подготовки специалистов, достаточно близкие к тем, которые реализует правительство Узбекистана в этом направлении. Но ведь либеральные подходы, особенно в американской версии, предполагают, что роль государства должна быть минимизирована, в том числе и в образовательной сфере, где по теории наиболее эффективно должен решать проблемы рынок образовательных услуг. Сделать напрашивающийся из статьи вывод о том, что пора менять либеральную экономическую парадигму о том, что государство должно минимизировать свою роль в экономике, авторы, видимо, не решаются.

 

Если конкуренции и технологическому прогрессу

суждено стать двигателями следующей фазы капитализма,

то они должны будут сочетаться с вмешательством

государства в перераспределение прибыли от роста

 

Констатация очевидного
    Интересно рассмотреть происходящее переосмысление основных доктрин уходящей эпохи либеральной глобализации сквозь призму узбекской модели реформ, ее принципов.
    Деидеологизация экономики. О доминирующей либеральной модели этого явно сказать нельзя. Вопросы экономических отношений в ней постоянно увязывались с идеологией свободного рынка, либеральной демократией, правами человека и так далее. И до сих пор эта идеология продолжает довлеть в отношениях между странами.
    Государство — главный реформатор. В доминирующей либеральной модели роль государства была сведена до минимума в процессах дерегулирования экономик. Собственно говоря, именно благодаря столь низкой роли и разразился мировой экономический кризис с вытекающими последствиями. И столь анемичным было посткризисное восстановление в развитых странах, особенно в сравнении с развивающимися, где роль государства выше. И Дональд Трамп уже намерен расширить государственные расходы на инфраструктурное строительство, а значит, и роль государства в стимулировании американской экономики.
    Сильная социальная политика. В либеральной модели сильная социальная политика рассматривалась как тормоз экономического роста, «расхолаживающий» людей работать интенсивно. В итоге после кризиса доходы населения в развитых странах значительно сократились. Это означает, что сократилось также число людей, относящихся к среднему классу, которые составляли основной электорат либеральных воззрений. В результате к власти начали приходить политики, не исповедующие либеральную идеологию. И меры, которые сейчас предлагаются в отношении образования и молодежи, носят ярко выраженный социальный характер.
    Нередко узбекская модель реформ критиковалась с позиций либеральной мысли. Но это самое течение либеральной мысли, корректируемое последствиями ее реализации на практике, приближается к тому, чтобы, наконец, оценить компетентность принятой в Узбекистане модели реформирования.
    В году, кажется, 1994-м я опубликовал статью в «Народном слове» «Узбекская модель реформ: существует, действует, приносит результат», впервые в печати употребив этот термин. И сейчас с чувством глубокого удовлетворения констатирую: узбекская модель реформ доказала свои преимущества перед либеральной.

 

 

Виктор Абатуров

Задайте вопрос эксперту

Воспользуйтесь возможностью задать вопрос экспертам, выбрав в списке ниже интересующую вас тему. Ответы на наиболее интересные вопросы появятся на страницах журнала "Экономическое обозрение".
Неверный ввод
Неверный ввод

Подписка

Уважаемые читатели!

Не забудьте оформить подписку на наш журнал на 2017 год.

Подписаться на журнал можно с любого очередного месяца во всех почтовых отделениях Узбекистана.

Оформить подписку можно также через редакцию, оплатив счет.

Наши подписные индексы:
- для индивидуальных подписчиков - 957;
- для предприятий и организаций - 958.

Журнал выходит 12 раз в год.

Review.uz 2014 - 2017. Все права защищены.
Перепечатка материалов допускается только при наличии активной ссылки на портал.