A+ A A-

Выйти из тени доллара

  • Автор  Рустам Махмудов
Оцените материал
(1 Голосовать)

Одним из проявлений фундаментального кризиса мировой экономики, построенной на принципах доминирования США, является усиление настроений у многих геополитических и экономических акторов в пользу ослабления зависимости от доллара и американской финансовой системы. Ранее эту идею выражали, в основном, маргинальные экспертные круги и руководители небольших экономик, однако сегодня дело дошло уже до средних и больших экономик типа России, Китая и Ирана.

Пекин уже давно ведет подобную работу, постепенно усиливая позиции своего юаня, который 1 октября 2016 года был включен в корзину резервных валют МВФ. Однако пока все же доля юаня в международных расчетах невелика. По данным расчетной системы SWIFT, в июне 2017 года доля юаня составила всего 1,98% (6-е место). Для сравнения: доля доллара составила 40,47%, а евро — 32,98%. 

На волне санкций США вновь стремится активизировать свои усилия Россия, которая в 2015 году уже пыталась уйти от доллара, в том числе и за счет зондирования возможности запуска новой валюты (евраз, алтын) в рамках ЕврАзЭС. Новые попытки Москвы представляют повышенный интерес для стран Центральной Азии, так как российская экономика является крупнейшим партнером государств региона.

Мнения российских и зарубежных экспертов относительно перспектив ослабления зависимости РФ от доллара, как всегда, разделились. Одна группа мнений традиционно указывает на то, что России ослабить или уйти от долларовой зависимости при нынешних обстоятельствах и нынешней структуре экономики невозможно. Вторая группа мнений сходится на том, что необходимо найти лазейки для освобождения от долларового капкана, и эти лазейки есть.

Итак, сторонники невозможности ухода от доллара (пессимисты) указывают, что главная проблема заключается в доминировании нефти и других видов сырья в российском экспорте, а как известно, львиная доля мировых расчетов за нефть производится именно в долларах США. Нефтяной рынок — это один из столпов глобального доминирования доллара. Даже после падения мировых нефтяных цен этот вид углеводородного сырья продолжает формировать не менее 37% дохода бюджета РФ, и это не считая доходов от других видов сырьевой продукции. В одночасье изменить подобную ситуацию, даже исходя из геополитических соображений, совершенно нереально.

Россия в 2015 году уже пыталась уйти от доллара, в том числе и за счет зондирования возможности запуска новой валюты (евраз, алтын) в рамках ЕврАзЭС. Новые попытки Москвы представляют повышенный интерес для стран Центральной Азии, так как российская экономика является крупнейшим партнером государств региона.

Также указывается, что большая часть сделок российского частного бизнеса с его внешними партнерами осуществляется на основе доллара, а многие российские корпорации уже взяли крупные кредиты в американской валюте. Выплаты по внешним долгам Москве также необходимо осуществлять в долларах. Даже внутренний российский валютный рынок основывается на 95% на обороте рубль—доллар, и только 5% приходятся на другие иностранные валюты. Преградой на пути ухода от доллара является и высокая зависимость России от американского рынка казначейских облигаций, что вызвано объективными обстоятельствами — другие формы хранения валютных средств сегодня менее надежны. В настоящее время Россия имеет treasures на 108 млрд. долларов.

Что касается перспектив единой валюты в ЕАЭС как средства ухода от доллара на постсоветском пространстве, то, как полагают пессимисты, таковых у нее мало. Второй крупнейший член этого экономического союза — Казахстан, также как и Россия,  является экспортером сырья и имеет высокую зависимость от доллара. Именно из-за этого Астана будет против введения единой валюты в ЕАЭС.

Еще в 2015 году на фоне поручения В. Путина ЦБ России проработать вопрос о введении единой валюты вице-министр национальной экономики РК Тимур Жаксылыков заявил, что «Казахстан занимает четкую и последовательную позицию по исключению возможности введения единой наднациональной валюты в рамках ЕАЭС. Эти вопросы мы не обсуждаем. В положении по формированию валютного союза создание единой наднациональной валюты в договорах о ЕАЭС не предусмотрено, и такой работы проводиться не будет». По мнению пессимистов, единственным вариантом, при котором может быть введена единая валюта, это сделать для членов ЕАЭС внутренний рынок более приоритетным, чем внешний, что, конечно же, потребует серьезного развития экономик и внутреннего потребительского рынка. Примером здесь может служить Европейский Союз, в котором больше половины торговли приходится на торговлю между странами-членами.

Что касается перспектив единой валюты в ЕАЭС как средства ухода от доллара на постсоветском пространстве, то, как полагают пессимисты, таковых у нее мало. Второй крупнейший член этого экономического союза — Казахстан, так же как и Россия,  является экспортером

сырья и имеет высокую зависимость от доллара. Именно из-за этого Астана будет против введения единой валюты в ЕАЭС

В противоположность пессимистам оптимисты считают, что есть как минимум пять потенциальных направлений, последовательная активность на которых может способствовать снижению зависимости России от доллара. В первую очередь, необходимо начать работу по формированию пула экспортеров нефти и природного газа, которые проводили бы единую политику по валютной диверсификации расчетов за поставляемое ими сырье. Это может быть своего рода антидолларовая ОПЕК. Учитывая, что рост потребления и импорта нефти все больше формируют развивающиеся рынки, такие как Китай и Индия, то у подобного объединения могут быть шансы. Потенциально Пекин может поддержать идею нефтегазового пула, так как она будет способствовать увеличению доли юаня в мировых расчетах, в том числе и при покупке экспортерами нефти китайских товаров.

 Появление антидолларового нефтегазового пула может стать стимулом для развития проектов, направленных на уменьшения доли доллара в расчетах стран БРИКС, куда входят как крупнейшие мировые потребители нефти (Китай и Индия), так и ведущий поставщик нефти и газа в лице России. Москва может сыграть роль связующего звена при образовании стратегического альянса «БРИКС — антидолларовая ОПЕК».

Еще одним перспективным направлением политики Москвы по ослаблению привязки к доллару оптимистам видится продолжение шагов по деофшоризации, т.е. по возвращению российских капиталов и активов из зарубежных офшоров домой. Работа на этом направлении уже идет с 2013 года после кризиса с Кипрским офшором, когда под удар были поставлены до 20 млрд. долларов российских средств. В 2014 году в РФ был принят специальный закон о деофшоризации, который обязал физические и юридические лица сообщать налоговым органам об участии в иностранных компаниях. На руку Москве сегодня играет тот факт, что в последние годы растут риски для российских компаний при работе за рубежом. Показательными примерами являются Украина, а также санкционная война между Россией и Западом.

Важность деофшоризации российских компаний состоит в том, что возвращение их денег на родину может потенциально стимулировать национальную политику импортозамещения, которая рассматривается оптимистами как важный элемент дедолларизации экономики РФ. Расширение списка выпускаемой конечной продукции с высокой добавленной стоимостью будет означать постепенное наращивание доли России в международной торговле, и прежде всего на пространстве СНГ и ЕАЭС, что позволит увеличить долю российского рубля в расчетах и снизить зависимость от доллара.

Между тем, оптимисты подчеркивают, что дедолларизация не будет быстрым процессом, однако начать работать над ней все же придется, исходя из рисков, с которыми сталкивается глобальная экономика, в числе которых риски надвигающихся торговых и валютных войн.

 

Рустам Махмудов

Review.uz 2014 - 2017. Все права защищены.
Перепечатка материалов допускается только при наличии активной ссылки на портал.