A+ A A-

«Чудо в руках, а никто его не замечает»

  • Автор  Татьяна Петренко
Оцените материал
(1 Голосовать)

Замолвить слово за мирный атом

В 2015 году госкорпорация «Росатом» открыла в Астане региональный центр по Центральной Азии. Об основных направлениях его деятельности, атомных и неатомных продуктах корпорации, особенностях и перспективах использования атомной энергетики в регионе, возможностях локализации и идеальном балансе в энергетике — в интервью с руководителем Регионального центра «Росатом Центральная Азия» Виталием Драгуновым, которое состоялось  в рамках «Атомной недели» на специализированной выставке Astana Expo 2017.

Центральноазиатский интерес

— С какой целью и почему был открыт Региональный центр «Росатом Центральная Азия»? Каковы основные направления его деятельности?

— В первую очередь, напомню, что «Росатом» является правопреемником и продолжателем традиций Минатома Советского Союза, то есть нашей атомной отрасли — свыше 70 лет. В Центральной Азии мы работаем с 40-х годов прошлого века, с самого начала создания атомной промышленности.

Несколько лет назад был проведен стратегический комплексный анализ деятельности корпорации, и стало очевидным, что нам нужно расширять свой бизнес как в плане производимых нами продуктов, так и в плане их реализации на внешних рынках. Для того, чтобы быть ближе к нашим заказчикам и инвесторам, было создано дочернее предприятие госкорпорации «Русатом — Международная сеть», которое в свою очередь открыло 11 региональных центров по всему миру — от Сингапура, Индии, Китая и ОАЭ до Чехии, Франции, Украины и т.д. В Центральной Азии при определении места расположения регионального центра ключевым моментом стало многолетнее стратегическое сотрудничество с Казахстаном в ядерной отрасли. Выбор пал на Астану, поскольку в Казахстане есть 3 исследовательских ядерных установки, есть успешная история эксплуатации реактора БН-350, работают 5 совместных предприятий по добыче урана, причем с применением наиболее экономически эффективной и экологически безопасной в мировой практике технологии.

Когда создаются водохранилища, то нарушается экологический баланс,

вплоть до ощутимых климатических изменений регионального характера.

Поэтому с точки зрения минимизации воздействия на окружающую

среду атомная энергетика является наиболее перспективной

Наша деятельность в регионе проходит по нескольким направлениям. Во-первых, мы анализируем рынок, изучаем потребности и возможности наших заказчиков, а также намерения инвесторов — какие продукты им могут быть интересны, в какие проекты они готовы вкладывать средства. Во-вторых, мы организуем и проводим бизнес-встречи для предприятий отрасли, продуктовые презентации и семинары, в рамках которых рассказываем о наших технологиях. Ведь зачастую именно недостаток информации мешает развитию. Также мы проводим маркетинговые исследования, организовываем PR-мероприятия, участвуем в проходящих в регионе международных выставках.

— Есть ли у ядерной энергетики преимущества, по сравнению с другими видами энергетики в регионе Центральной Азии? Если да, то в чем они заключаются?

— Наиважнейшее преимущество заключается в том, что ядерная энергетика при выполнении всех требований и условий безопасности и защиты окружающей среды, является наиболее чистым видом энергии, по сравнению с другими базовыми видами энергетики — прежде всего, тепловой и гидроэнергетикой. Вот, к примеру, гидроэнергетика. Пожалуй, самый «зеленый» вид энергии. Но нужно помнить о необходимости проектирования и выполнения в горной местности сложнейших строительно-монтажных работ. Еще один немаловажный момент заключается в том, что когда создаются водохранилища, то нарушается экологический баланс, вплоть до ощутимых климатических изменений регионального характера. Поэтому с точки зрения минимизации воздействия на окружающую среду атомная энергетика является наиболее перспективной.

РосАтом

 

Существует проблема загрязнения территорий в процессе добычи урана. Но сейчас уже освоены технологии рекультивации таких территорий, есть решения, которые позволяют сделать их не представляющими опасности для людей. Также на наших предприятиях уже используется метод подземного выщелачивания, что позволяет добывать уран эффективно экономически и с минимальным воздействием на окружающую среду. Это что касается начальной части ядерного топливного цикла. Если говорить о завершающей стадии, когда образуются радиоактивные отходы и отработанное топливо, то уже много лет отработанное ядерное топливо специалисты не воспринимают как отходы. Это ценный продукт, который при переработке снова становится ядерным топливом. По этому поводу могу сказать, что «Росатом», являясь корпорацией знаний, уже приступил к строительству уникального на сегодняшний день комплекса с замкнутым ядерным топливным циклом, где радиоактивные отходы здесь же будут перерабатываться в ядерное топливо и вновь использоваться в производстве электроэнергии.

— Возможно ли применение таких технологий в регионе Центральной Азии?

— Безусловно. В атомной энергетике, согласно требованиям МАГАТЭ, при создании новых технологий следует вначале опробовать их у себя в стране, а затем представлять на международный рынок. Мы четко следуем этим принципам. Поэтому тот демонстрационный комплекс, который сегодня строится, в дальнейшем будет растиражирован для других стран, естественно, с полной адаптацией под национальное законодательство и местные условия.

 

Предложения Узбекистану

— Почти во всех интервью представители корпорации говорят о том, что «Росатом» всегда находит наилучшие варианты решения задач и что не существует препятствий, которые могут помешать находить самые эффективные решения. На Ваш взгляд, какой должна быть деятельность «Росатома» в Узбекистане, чтобы стать наилучшей и эффективной для обеих сторон?

— При развитии любого продукта необходимо разбираться в том, что нужно конкретному заказчику. Это тем более важно с такими сложными продуктами, как энергетика и атомная энергетика.

Когда создается атомная станция, то создается целая отрасль, идет развитие смежных отраслей, инфраструктуры. По сути, это огромный и существенный шаг государства в технологическом развитии. При этом важна локализация: когда идет строительство станции, мы всегда используем по максимуму возможности экономики страны. При необходимости добавляем свои компетенции путем создания совместных предприятий, проводим обучение персонала компаний. К примеру, строительная часть вполне может быть поручена узбекским компаниям (всем известно, что узбекские строители — высококлассные специалисты), которые вполне освоят международные стандарты работы и защиты окружающей среды. На принятие решений уходят годы, и за это время вполне возможно подготовить наших узбекских партнеров для того, чтобы они прошли нужную сертификацию, аккредитацию и так далее. Так что создание атомной станции ведет за собой развитие всей экономики страны, повышение ее общей эффективности.

Уже много лет отработанное ядерное топливо специалисты

не воспринимают как отходы. Это ценный продукт, который

при переработке снова становится ядерным топливом

Атомную энергетику не стоит противопоставлять другим источникам энергии. Она является одной из экологически чистых. Экологически чистой является также энергия солнца и ветра. Но хоть технологии и развиваются, однако энергией солнца и ветра невозможно обеспечить, например, выплавку стали. Можно оснастить, как это сделали в Астане, светофоры солнечной панелью и ветровой установкой, тем самым обеспечив их бесплатной электроэнергией. Прекрасное локальное решение. Можно с помощью солнечных батарей нагреть воду для одного дома. Но если вы захотите отопить таким же образом целый город зимой, то, пожалуй, это слишком рискованно. Как быть, если несколько дней подряд будет пасмурная погода? Мерзнуть? Разумеется, мы должны использовать то, что дают нам солнце, горные реки, ветер, морские приливы. Поэтому мы рассматриваем идеальную энергетику как грамотное сочетание атомной энергетики с другими возобновляемыми источниками энергии.

РосАтом2

 

Немаловажный фактор— это квалификация людей. Нужно воспитать и выучить целую плеяду специалистов. «Росатом», когда поставляет свои атомные технологии в новые страны, самостоятельно или при поддержке МАГАТЭ организовывает обучение. Мы ищем перспективных детей, любознательных, проявляющих интерес к физике и точным наукам, и приглашаем их учиться в наши институты. Мы взаимодействуем с такой организацией, как «Россотрудничество», которая проводит конкурсы, олимпиады и другие мероприятия. Не секрет, что российские технические вузы — это одни из лучших вузов в мире, особенно те, которые готовят специалистов в энергетике, физике (МИФИ, МГТУ имени Баумана и другие). Сегодня обучение построено таким образом, что молодые люди погружаются в производство на завершающих курсах и выходят из институтов готовыми специалистами. И уже не приходится тратить годы, чтобы они получили практический опыт. Поэтому если какая-то страна хочет развивать атомную энергетику, то не в последнюю очередь нужно думать о создании кадрового потенциала.

 

Аварийная безаварийность

— Кстати, противники атомной энергетики ссылаются часто на кадровый вопрос, на человеческий фактор.

— На сегодняшний день атомная энергетика исключает человеческий фактор. Технологии доведены до стратегии нулевого инцидента. Ведь опыт тех трагедий в атомной энергетике, которые произошли, позволил сделать выводы, благодаря которым технологии и оборудование усовершенствованы. Наши технологии эффективно работают даже в условиях повышенной сейсмической опасности. Поясню. После мощнейшего землетрясения Фукусимская атомная электростанция все выполнила в штатном, запланированном режиме — она «поняла» потенциальную опасность и отключилась абсолютно спокойно, потому что ситуация была заранее просчитана и рассчитана конструкторами. Потом на АЭС обрушилась волна цунами, которая все накрыла, но атомная станция существенно не пострадала ни от землетрясения, ни от цунами. Что же на самом деле произошло? Итак, станция заглушилась, но, как и любой другой механизм, она должна остыть. Специально для этого имеются резервные дизельные станции, подающие воду для охлаждения. Все это очень разумно, все это работает безукоризненно. Но на Фукусимской АЭС эти дизели находились в подвалах, и вода их затопила. Получается, что ни землетрясение, ни цунами атомной составляющей АЭС не нанесли критического ущерба, а подвела дизельная станция. Эту ситуацию на российских АЭС учли десятки лет назад, разместив дизели для охлаждения не в подвалах, а выше нулевой отметки.

— Человеческий фактор исключается. А, образно говоря, «восстание машин» возможно, чтобы техника замкнула и что-то пошло не по сценарию?

— Любая авария — в энергетике, на транспорте и даже в быту — это совокупность нескольких ошибок или неудач. Человек больно падает на льду не только потому, что лед скользкий, есть еще другие факторы: неправильная обувь, невнимательность, отсутствие поручней, плохая работа коммунальщиков, неумение человека безопасно упасть, наконец.

Для Узбекистана мини-ГЭС в контейнере, возможно, наилучшее решение,

поскольку строительство плотин для крупных ГЭС может привести к тому,

что воды будет не хватать для сельского хозяйства

Конструкторы современных ядерных реакторов просчитали все сценарии, все риски, вплоть до падения на АЭС большого самолета. На каждый из этих сценариев есть технические решения, которые дублируют и подстраховывают друг друга, чтобы даже при самых сложных ситуациях была полная уверенность в безопасности.

 

Радиоактивные мифы

— Как Вы думаете, почему вокруг атомной энергетики столько мифов?

— Есть люди, которым эти мифы выгодны. Ведь не секрет, что энергетика является одним из самых выгодных бизнесов. Здесь колоссальная конкуренция. А когда есть конкуренция, тогда появляется информация положительная, которую дают о себе, и появляется информация негативная, которую дают о конкурентах, и эта информация не всегда правдивая. Вот и все.

— Но ведь у людей есть страх радиации?

— Это радиофобия. Радиация окружает нас повсюду. Она есть в этом кабинете, и фон здесь составляет 13-15 микрорентген в час. В Киеве на Крещатике 50 микрорентген в час. Знаете, почему? На самом деле там при отделке цоколей зданий использовались большие гранитные плиты, и причина в них. А в Бразилии есть пляж, где уровень радиации в 3 раза больше нормы просто потому, что там такая геология. И это никого не пугает. Нужно правду людям рассказывать.

В моем мире слово «радиация» — это сленг. На самом деле есть ионизирующее излучение.  Этому, кстати, учат в школе на уроках физики. Во-первых, это гамма-лучи, от которых защититься очень сложно, поскольку они всепроникающие. Но для человека вредны только очень большие дозы. Когда профессионалы следят за уровнем гамма-излучения и контролируют время нахождения под их воздействием, то это безопасно. Во-вторых, есть бета-частицы. Защититься от них можно с помощью специальных костюмов из тончайшего полиэтилена и защитных масок. При использовании атомной энергии такие частицы надежно изолированы. В-третьих, существуют альфа-частицы, от которых защититься можно листком бумаги. Эти частицы тоже под полным контролем внутри реактора.

Противники атомной энергии пользуются незнанием людей и пугают их, поэтому людям нужно рассказывать и объяснять физику. Вот, кстати, есть у «Росатома» такой продукт — многофункциональный центр стерилизации. Например, можно провести через картофель гамма-лучи, и срок его хранения увеличится с четырех месяцев до шести. Плохо это или хорошо? Конечно, хорошо. Сегодня чаще всего для обработки сельхозпродукции применяются химические вещества, которые частично остаются на продуктах. Хорошо это или плохо?

Важна локализация: когда идет строительство станции,

мы всегда используем по максимуму возможности

экономики страны. При необходимости добавляем

свои компетенции путем создания совместных предприятий

Люди, которые пугают народ радиацией, особенно те, кто это делает за деньги, не рассказывают о том, что в некоторые европейские государства запрещено ввозить продукты, не обработанные гамма-лучами. Получается, что Узбекистан, который производит, на мой взгляд, лучшие в мире фрукты и овощи, не сможет поставить продукцию в эти страны, потому что узбекские сельхозпроизводители не имеют такого оборудования. Но как только оно у вас появится, вы сразу станете конкурентоспособны на европейском рынке. Сейчас ваша сельхозпродукция скоропортящаяся (что, конечно же, свидетельствует о том, что она натуральная), она не успевает дойти до европейского потребителя. А если узбекские овощи и фрукты попадут на прилавки в Европе, то европейцы просто перестанут кушать «пластиковые» помидоры, огурцы и яблоки.

 

Продуктовая линейка

— «Росатом», помимо атомных, имеет в своей линейке и неатомные продукты. К примеру, в одном из подразделений корпорации производятся мини-ГЭС. Есть ли планы по проектам в сфере малой энергетики в Узбекистане?

— В мае мы приняли участие в международной выставке Power Uzbekistan. Поскольку мини-ГЭС в контейнере мощностью от 0,5 до 2 МВт является одним из перспективных инновационных неатомных продуктов, мы решили не упускать шанс показать узбекским потенциальным заказчикам наш продукт. К моему огромному сожалению, мне лично не удалось принять участие в этом мероприятии, но, по отзывам коллег, был большой интерес. И он понятен. Проект интересен для регионов, где есть горная местность. Для Узбекистана мини-ГЭС в контейнере, возможно, наилучшее решение, поскольку строительство плотин для крупных ГЭС может привести к тому, что воды будет не хватать для сельского хозяйства, а для аграрного сектора экономики это равносильно катастрофе. Наши мини-ГЭС в контейнере создаются без плотин и возвращают реке всю воду, которая берется для получения энергии.

— Еще одна развивающаяся сейчас интенсивно сфера деятельности «Росатома» — ядерная медицина. Каковы перспективы сотрудничества в этом направлении?

— Ядерная медицина — это самая современная диагностика и самое современное лечение раковых заболеваний. Развитие ядерной медицины ведет к победе над онкологическими заболеваниями. Ведь чем опасен рак? Прежде всего, его поздней диагностикой. Если мы сделаем диагностику рака удобной и недорогой для пациентов, то болезнь будет лечиться на ранней стадии. А как известно, излечимость рака на ранней стадии достигает 100%. При помощи оборудования ядерной медицины терапия некоторых форм рака заключается в точечном облучении больных клеток без вреда для всего организма. К сотрудничеству в этом направлении мы готовимся. Сначала создадим центр ядерной медицины на Дальнем Востоке и будем готовы предлагать такой центр «под ключ» для Узбекистана. Уже сейчас вполне можно вместе оценить потребности медицины страны, просчитать экономику проекта, оценить возможности по локализации и разработать «дорожную карту» сотрудничества.

— На официальном сайте «Росатома» написано: «Мы стремимся быть лидером на глобальных рынках. Мы предвидим, что будет завтра, и готовы к этому сегодня».  В этой связи вопрос. Так что будет завтра?

— Завтра… Мы уже говорили с вами, что у «Росатома» есть те технологии, которые на шаг впереди, по сравнению с конкурентами. Прежде всего, технологии замкнутого ядерного топливного цикла. Это и есть будущее атомной энергетики. Сегодня уже идет строительство такого коммерческого демонстрационного комплекса, который будет запущен в ближайшие 5-6 лет. Это завтра.

Ядерная батарейка — изотоп, запаянный в капсулу. Этой энергии

хватит на многие годы. Мощность пока небольшая, но ее уже

достаточно, к примеру, для кардиостимулятора

Есть еще послезавтра. Вот недавно в Москве прошла выставка «АТОМЭКСПО». На меня произвел колоссальное впечатление один экспонат, такой невзрачный, мимо него все проходят, а рядом стоит растерянный инженер и не понимает: «Как же так? У него такое чудо в руках, а никто его не замечает». Это была ядерная батарейка — изотоп, запаянный в капсулу. Этой энергии хватит на многие годы. Мощность пока небольшая, но ее уже достаточно, к примеру, для кардиостимулятора. Кто-то скажет, что это мизер, а для кого-то — это жизнь. А что может быть важнее жизни?

 

Татьяна Петренко

Review.uz 2014 - 2017. Все права защищены.
Перепечатка материалов допускается только при наличии активной ссылки на портал.