A+ A A-

Курсом свободного курса

  • Автор  Ашурали Худайназаров
Оцените материал
(3 голосов)

Как известно, Указом Президента Республики Узбекистан от 2 сентября «О первоочередных мерах по либерализации валютной политики» предусмотрено, что с 5 сентября 2017 года юридические лица Узбекистана могут без ограничений приобретать в коммерческих банках иностранную валюту для оплаты по текущим международным операциям (импорт товаров, работ и услуг, репатриация прибыли, погашение кредитов, выплата командировочных расходов и другие переводы неторгового характера).  Указом определено, что при формировании курса национальной валюты по отношению к иностранной валюте Центробанком и коммерческими банками республики используются исключительно рыночные механизмы.

Здесь необходимо разобраться, каковы будут последствия либерализации валютного рынка и международного движения капиталов для страны и какую стратегию макроэкономической политики в таких условиях необходимо избрать.

В первую очередь, представляется важным определить понятие «конвертируемость валюты». Разделяют внутреннюю и внешнюю конвертируемость. Внутренняя конвертируемость валюты относится к сделкам между резидентами внутри своей страны. По версии МВФ, валюта считается внутренне конвертируемой, «если нет ограничений на возможности резидентов страны использовать свои накопления в местной валюте для приобретения какой-либо иностранной валюты, ее хранения или перевода любому нерезиденту для какой угодно цели. О валюте такой страны говорят, что она внутренне обратима». Валюта считается внешнеконвертируемой, если обладает двумя свойствами: во-первых, средства в данной валюте, принадлежащие нерезидентам, свободно обмениваются на любую иностранную валюту; во-вторых, все платежи, производимые с разрешения властей резидентами в пользу нерезидентов, могут осуществляться в любой внешнеконвертируемой валюте, которую резиденты способны купить на валютных рынках.

При частичной конвертируемости валюта данной страны обменивается лишь на некоторые валюты и не по всем операциям платежного баланса. Так, валюта является конвертируемой по текущим международным операциям (т.е. частично конвертируемой), когда свободный обмен на иностранные валюты разрешается только в отношении текущих операций и не допускается по сделкам, связанным с заграничными инвестициями и другими международными перемещениями капитала.

Опыт либерализации контроля за движением капиталов

В условиях Великой депрессии 1929-1933 гг. валютные ограничения получили широкое распространение в связи с ослаблением платежных балансов многих стран, «бегством» капитала, обесценением валют.

Начало процессов валютной либерализации связано с распадом Бреттон-Вудской мировой валютной системы, когда страны были вправе выбирать режим валютного курса (плавающий, смешанный или фиксированный). Правовые основы новой валютной системы были созданы соглашением между членами МВФ на Ямайской конференции в Кингстоне (январь 1976 г.). В 1989 г. число стран, установивших режим свободно плавающего валютного курса, было 23, а в 2014 г. их количество достигло 29. Однако с момента мирового финансового кризиса (2008-2009 гг.) доля стран-членов МВФ, выбравших режим плавающего валютного курса, снизилась с 39,9 до 34%.

Реформа мировой валютной системы в 70-х гг. либерализировала контроль за текущими международными операциями, но не предусматривала немедленную либерализацию контроля за движением капитала. Процесс либерализации контроля за финансовыми международными операциями в группе промышленно развитых стран ускорился в 1980-х гг., и в начале 1990-х гг. США первыми приступили к либерализации международного финансового рынка, чтобы повысить авторитет доллара и привлечь иностранные инвестиции. Затем последовали отмена контроля за движением капитала в Великобритании (в 1979 г.), Японии (в 1980 г.), Австралии (в 1983 г.) и Новой Зеландии (в 1984 г.), а затем меры по отмене контроля за движением капитала были осуществлены в ряде европейских стран, таких как Нидерланды (в 1986 г.), Дания (в 1988 г.), Франция и Швеция (в 1989 г.), Бельгия, Ирландия, Италия, Австрия, Финляндия, Норвегия и Люксембург (в 1990 г.), Португалия и Испания (в 1993 г.), Греция (1994 г.) и Исландия (1995 г.).

Необходим выбор новых ориентиров макроэкономической

политики в условиях свободного валютного рынка

На либерализацию контроля за движением капитала в значительной степени, на наш взгляд, повлияли растущая глобализация финансовых рынков и давление иностранных инвесторов на национальные правительства, а не причины, связанные с либерализацией валютной и монетарной политики. Но последняя была связана непосредственно с введением конвертируемости по счету текущих операций платежного баланса.

Изучение опыта перехода промышленно развитых стран к либерализации контроля за движением капитала показывает, что этот переход происходил, в основном, тогда, когда дефицит платежного баланса постепенно сменялся профицитом.

Перед отменой контроля за движением капитала многие промышленно развитые страны готовили свою экономику, особенно промышленность к «технологической зрелости», искусственно создавая благоприятные условия для притока иностранного капитала. Например, США в условиях продолжительного дефицита счета текущих операций и оттока капитала ввели «добровольные ограничения» на прямые инвестиции за рубеж и налог выравнивания процентных ставок (1964–1973 гг.), последний — в целях сохранения внутренних процентных ставок ниже уровня иностранных на сопоставимые финансовые инструменты. Налог выравнивания процентных ставок накладывал дополнительное бремя в размере от 1,05% — на годовые долговые обязательства до 15% — на обыкновенные акции и облигации с оставшимся сроком до погашения более 28,5 года, на приобретение гражданами США акций и облигаций из Западной Европы, Японии, Австралии, Южно-Африканской Республики и Новой Зеландии. Эти меры были отменены в результате перехода к режиму плавающего валютного курса в 1973 году.

Либерализация счета операций с капиталом в развитых странах иногда сменялась обратным процессом, когда регулирование потоков капитала восстанавливалось для устранения дефицита платежного баланса и поддержания стабильности курса национальной валюты.

Изучение опыта перехода промышленно развитых стран

к либерализации контроля за движением капитала показывает,

что этот переход происходил, в основном, тогда, когда дефицит

 платежного баланса постепенно сменялся профицитом

Так, во время Азиатского финансового кризиса Президент Малайзии Махатхир Мохамад, заметив, что за первый год кризиса в 1998 году ВВП страны упал на 7 процентов, закрыл конвертацию валют по финансовым операциям, таким образом, не дав возможности запаниковавшим инвесторам вывести свои деньги обратно. Его решение шокировало мировое сообщество. Эксперты предрекали самые негативные последствия, мол, инвесторы уйдут навсегда из этой страны. Но, несмотря на устрашающие прогнозы, спад экономики в Малайзии прекратился, ВВП страны уже в следующем году выросло на 6 процентов, тогда как в соседних странах (Таиланд, Южная Корея, Индонезия, Сингапур) экономический спад продолжился. Даже в Южной Корее объем капитала, вывезенного из страны, превысил 5 процентов от всего объема экономики. А спустя некоторое время, когда экономика находилась вновь на подъеме, контроль за движением иностранного капитала в Малайзии был снят, но уже вместо утечки валютных резервов наблюдалось их пополнение. Это была политическая воля, рискованный шаг, но в итоге оправданный.

Полностью отменив контроль за потоками капитала к середине 1992 г., в сентябре того же года Испания столкнулась с серьезным валютным кризисом и резким обесцениванием национальной валюты и была вынуждена вновь ввести некоторые меры, чтобы блокировать отток капитала, в сентябре–ноябре 1992 г. в форме налогов на определенные краткосрочные операции, чтобы повысить стоимость и снизить привлекательность участия в этих операциях. При этом она прекрасно понимала, что нарушает положения Кодекса либерализации движения капитала, т.е. обязательства по либерализации движения капитала, взятые на себя в качестве страны-члена ОЭСР.

США в условиях продолжительного дефицита счета текущих операций и оттока капитала ввели «добровольные ограничения» на прямые инвестиции за рубеж и налог выравнивания процентных ставок (1964–1973 гг.)

Что касается опыта развивающихся стран, то можно привести примеры успешного перехода к либерализации валютной политики Индонезии, Малайзии, Гонконга и Сингапура и безуспешного перехода отдельных стран Латинской Америки (Венесуэла и др.). Если первая группа стран переходила к этому при устойчивом платежном балансе, то вторая группа стран переходила при менее благоприятных внешних условиях — при сильной зависимости от импорта, значительной доли сырьевых товаров в экспорте, даже при наличии внешней задолженности. Если в Латинской Америке либерализация счета операций с капиталом усилилась в конце 1980-х — начале 1990-х гг., то в Азии этот процесс ускорился в 1990-х гг.  В ряде латиноамериканских стран в преддверии и вследствие долгового кризиса (например, в Венесуэле в 1994 г.) наблюдалось серьезное бегство капитала, вследствие чего контроль за оттоком капитала, как правило, вводился заново.

В странах с переходной экономикой, таких как Венгрия, Армения, Грузия, Польша, Литва, Латвия, Эстония, Киргизская Республика, либерализация счета операций с капиталом шла высокими темпами начиная с 1990-х гг. В этих странах в срочном порядке были отменены требования об обязательной продаже экспортной выручки и ликвидирован механизм использования множественных валютных курсов. 

В 1996 г. Россия присоединилась к статье VIII Статей Соглашения МВФ, взяв на себя обязательство по недопущению введения ограничений на обмен валюты для осуществления текущих внешнеэкономических операций, т.е. перешла к конвертации рубля только по текущим операциям платежного баланса. Но только через десять лет с 1 июля 2006 г. сняла последние ограничения на движение капитала, отменив требования о резервировании при проведении отдельных видов валютных операций, а также об обязательном использовании специальных счетов при проведении отдельных видов валютных операций. 

Либерализация движения капитала в развивающихся странах, таких как Эстония, Латвия, Литва, Индонезия, Венесуэла, Аргентина, часто сопровождалась более жесткой фискальной политикой.

В отдельные исторические периоды некоторые страны, особенно промышленно развитые, такие как Германия и Япония, даже вводили ограничения притока иностранного капитала, чтобы предотвратить ревальвацию национальной валюты, усилить эффективность монетарной политики и сохранить экспортную ориентацию экономики. Такой контроль имел форму количественных ограничений притока ПИИ, а также различных резервных требований в отношении депозитов нерезидентов в национальных банках.

Выводы из опыта

Исследование, проведенное Д. Куинном на основе показателей 41 страны как с развитой, так и с переходной экономикой, показало, что за период с 1970 по 1980 гг. страны, которые позволили иностранным инвестициям проникать в их экономику, имели более высокий уровень экономического роста и производительности. Устранение ограничений на движение капитала и привлечение таким образом иностранных инвестиций позволяют увеличить ВВП на душу населения на 6% за десятилетний период.

Либерализация счета операций с капиталом в развитых

странах иногда сменялась обратным процессом, когда регулирование потоков капитала восстанавливалось для устранения дефицита платежного баланса и поддержания стабильности курса национальной валюты

Исследователи нашли эмпирические подтверждения положительной связи между либерализацией счета движения капитала и экономическим ростом, однако оказалось, что эта гипотеза верна, если стартовые условия перед либерализацией благоприятны (т.е. если платежный баланс устойчив, внешняя задолженность страны невысокая и т.д.).

Вместе с тем, профессор Гарвардского университета Дени Родрик в статье, посвященной анализу последствий введения конвертируемости валют по финансовым операциям платежного баланса развивающихся стран, подчеркивает, что не существует эмпирического потдверждения гипотезы о том, что в странах, снявших ограничения на операции с капиталом, экономика растет быстрее, инвестиций больше, а инфляция ниже.

Опыт стран показывает, что либерализация движения капитала является успешной, если она сопровождается эффективным сочетанием инструментов фискальной, денежно-кредитной и валютной политики, при котором гибкость валютного курса служит «подушкой безопасности» для реальной экономики от последствий изменчивости потока капитала. А это в свою очередь зависит от степени развитости реального сектора экономики и банковско-финансовой системы.

Исследователи также отмечают, что либерализация движения капитала между странами позволяет усилить конкуренцию между банками, поскольку иностранные банки получат возможность открывать свои филиалы в этих странах. Таким образом, сбережения страны будут использоваться более эффективно, стоимость банковских услуг упадет, а объем инвестиций увеличится, обеспечивая экономический рост.

Как показывает опыт, в ходе глобального финансового кризиса страны с открытой финансовой системой испытали падение объема производства (Эстония, Исландия, Ирландия, Латвия, Литва и др.). Опыт этих стран также подтверждает гипотезу, что слабая институциональная среда (слабое верховенство права, широко распространенная коррупция, неэффективность деятельности органов государственного управления и недейственные механизмы обеспечения исполнения условий договоров) способствует тому, что либерализация приведет к банковскому кризису.

Однако даже в относительно развитых странах, таких как Италия, Ирландия, Испания и Португалия, в ходе глобального финансового кризиса возникли проблемы, связанные с банкротством финансовых институтов и ростом государственного долга, хотя в них институциональная среда была благоприятной. Следовательно, в пользу сохранения некоторых валютных ограничений говорит необходимость обеспечения защиты национальных рынков от негативных факторов, связанных, в частности, с притоком спекулятивных портфельных и прочих инвестиций в рискованные производные финансовые инструменты. Так, внезапный отток капитала может вызвать финансовый кризис. При либерализации движения капитала появляется риск увеличения ликвидных средств, находящихся в распоряжении иностранцев, что создает предпосылки для стадного поведения иностранных инвесторов.

Либерализация движения капитала является успешной, если она сопровождается эффективным сочетанием инструментов фискальной, денежно-кредитной и валютной политики, при котором гибкость валютного курса служит «подушкой безопасности» для реальной экономики

Обобщение результатов изучения международного опыта позволяет сделать вывод о том, что основные направления мероприятий реализуемой политики валютной либерализации должны включать в себя следующие элементы:

• контроль за притоком долгосрочного капитала и отмену контроля за его оттоком, если страна имеет сильный платежный баланс;

• контроль за оттоком долгосрочного капитала и отмену контроля за его притоком, если страна имеет слабый платежный баланс;

• контроль за краткосрочными потоками капитала, так как они являются потенциально дестабилизирующими экономику и должны более строго контролироваться.

В ходе своего исследования Д. Фурчери, П. Лунгани и Ф. Жомотт пришли к выводу, что либерализация международных операций с капиталом обычно приводит к устойчивому увеличению степени неравенства доходов населения. Так, результаты исследования показали, что коэффициент Джини в среднем увеличивается примерно на 1,5% через год после либерализации и на 2% через пять лет.

Выбор новой стратегии

Рассмотрим теперь вопрос, связанный с выбором стратегии макроэкономической политики в условиях либерализации валютного рынка и международного движения капиталов.

В пользу сохранения некоторых валютных ограничений

говорит необходимость обеспечения защиты национальных

рынков от негативных факторов, связанных, в частности,

с притоком спекулятивных портфельных и прочих инвестиций

 в рискованные производные финансовые инструменты

В условиях либерализации валютной политики традиционный подход к анализу макроэкономической политики постепенно утрачивает свою эффективность, так как изменяется влияние внешних факторов.  Важно подчеркнуть, что внешняя экономическая политика должна учитываться при проведении внутренней макроэкономической политики, так как в республике процесс либерализации валютной политики и ВЭД осуществляется ускоренными темпами. В ближайшей перспективе экономика республики станет еще более открытой и проблемы координации согласованности внешней и внутренней экономической политики уже сегодня должны обсуждаться и решаться.

Если внутренняя макроэкономическая политика включает в себя фискальную и кредитно-денежную политику, то внешняя основывается на использовании инструментов политики внешнеэкономического регулирования, в частности, валютной и внешнеторговой политики, а также политики регулирования движения международных капиталов.

Узбекистан принял на себя обязательство по обеспечению конвертируемости национальной валюты по текущим операциям 15 октября 2003 года по статье №8 Устава МВФ. Однако цели реализации стратегии импортозамещения и либерализации валютной политики были несовместимы. Ограниченные официальные валютные резервы необходимо было рационировать, т.е. распределять между импортерами инвестиционных товаров так, чтобы развивались собственные отрасли промышленного производства. Говоря иначе, происходило субсидирование импорта машин и оборудования через завышение официального обменного курса национальной валюты, что позволяло стимулировать инвестиционную активность в экономике и ее структурную перестройку в соответствии с инвестиционными программами локализации производства. Таким образом, в Узбекистане действовали контроль за движением международных капиталов и механизм валютного рационирования (т.е. валютного контроля), причем завышенный почти в два раза официальный валютный курс жестко контролировался Центробанком.

Тот факт, что Центробанк не мог влиять на курс неофициального рынка иностранной валюты, являлся одной из главных причин того, что монетарная и фискальная политика была недостаточно результативной. В таких условиях лишь протекционистская внешнеторговая политика и политика импортозамещения давали свои плоды. На основе разработки и реализации программ локализации промышленного производства создавались новые отрасли промышленности, такие как автомобильная, нефтехимическая, обувная, отрасли по производству бытовой техники (телевизоров, холодильников, кондиционеров), развивались такие отрасли промышленности, как пищевая, текстильная, швейная, нефтегазовая, фармацевтическая и другие. Однако впоследствии политика импортозамещения исчерпала себя, так как структурная перестройка экономики завершается. Динамика экспорта готовой продукции даже начала падать. Следовательно, пришло время, когда Узбекистан должен был переходить к проведению реформы системы валютного регулирования.

Либерализация международных операций с капиталом

обычно приводит к устойчивому увеличению степени

неравенства доходов населения. Коэффициент Джини

в среднем увеличивается примерно на 1,5% через

год после либерализации и на 2% через пять лет

С принятием Указа Президента Республики Узбекистан от 2 сентября «О первоочередных мерах по либерализации валютной политики» кардинально изменились условия, с учетом которых должны выбираться направления и инструменты макроэкономической политики. У правительства появляется больше возможностей для макроэкономических действий в краткосрочной перспективе.

Исходя из задач, поставленных в указе, можно предположить, что в Узбекистане в ближайшем будущем будет обеспечена высокая мобильность международного движения капитала, а режим валютного курса предстоит еще выбрать: он может стать, грубо говоря, управляемым (т.е. фиксированным или управляемым в диапазоне валютного коридора) или плавающим.

Управляемый или плавающий?

Если будет выбран режим управляемого валютного курса (или, для простоты скажем, фиксированного валютного курса), поддерживаемый через валютные интервенции Центрального банка, то бюджетно-налоговая и внешнеторговая политика может стать весьма результативным направлением макроэкономической политики в краткосрочном периоде. Так, например, стимулирующая бюджетно-налоговая политика вызовет в таких условиях увеличение национального дохода за счет роста государственных расходов и сокращения налогового бремени, что ведет, в свою очередь, к росту объема спроса на ликвидность, курса национальной валюты и внутренней процентной ставки и, тем самым, к увеличению притока иностранного капитала. При этом положительный эффект притока иностранных инвестиций перекроет негативные эффекты вытеснения внутренних инвестиций и экспорта.

Цели реализации стратегии импортозамещения и либерализации

валютной политики были несовместимы. Ограниченные официальные валютные резервы необходимо было

рационировать, т.е. распределять между импортерами инвестиционных товаров так, чтобы развивались 

собственные отрасли промышленного производства

Для поддержки фиксированного валютного курса Центральный банк будет скупать излишнюю иностранную валюту, продавая национальную валюту, тем самым, стимулируя рост внутренних инвестиций. В итоге стимулирующая бюджетно-налоговая политика приведет к значительному росту совокупного выпуска, хотя процентная ставка также незначительно увеличится, по сравнению с первоначальным уровнем. Внешнеторговая политика также станет ключевым направлением макроэкономической политики в условиях фиксированного валютного курса. Например, протекционистская внешнеторговая политика будет усиливать платежный баланс страны, обеспечивая, тем самым, рост чистого экспорта, стимулируя рост совокупного спроса, объема спроса на деньги, процентной ставки и курса национальной валюты. Необходимо иметь в виду, что монетарная политика при режиме фиксированного валютного курса теряет свою эффективность, так как она нужна только для поддержки бюджетно-налоговой и внешнеторговой политики через механизм валютных интервенций. При таком формате макроэкономической политики правительство делает ставку на приток иностранных инвестиций и формирование конкурентоспособной национальной экономики в глобальном масштабе.

Если будет выбран режим плавающего валютного курса, а валютные интервенции Центрального банка будут отменены, то бюджетно-

налоговая и внешнеторговая политика, наоборот, станет крайне неэффективным направлением макроэкономической политики

Если будет выбран режим плавающего валютного курса, а валютные интервенции Центрального банка будут отменены, то бюджетно-налоговая и внешнеторговая политика, наоборот, станет крайне неэффективным направлением макроэкономической политики. Хотя стимулирующая бюджетно-налоговая политика вызовет поначалу положительный эффект притока иностранных инвестиций, который перекроет негативные эффекты вытеснения внутренних инвестиций, Центральный банк не будет проводить интервенции и позволит курсу поменяться так, чтобы платежный баланс выровнялся. То есть, по сути, курс национальной валюты останется возросшим, что приведет к падению чистого экспорта и, тем самым, отрицательному внешнеторговому балансу.

В итоге негативные эффекты вытеснения внутренних инвестиций и экспорта, наверняка, перекроют положительный эффект иностранных инвестиций. Аналогично положительный эффект протекционистской внешнеторговой политики будет нивелирован отрицательным эффектом вытеснения экспорта за счет удорожания национальной валюты и дальнейшим сокращением совокупного спроса из-за падения чистого экспорта.  Монетарная политика при режиме плавающего валютного курса станет, очевидно, главным направлением макроэкономической политики, так как стимулирующая монетарная политика (т.е. снижение ставки рефинансирования, нормы резервирования или косвенное обеспечение коммерческих банков ликвидностью) приведет к росту денежной массы, падению внутренней процентной ставки и курса национальной валюты, росту внутренних инвестиций и чистого экспорта, но одновременно оттоку иностранного капитала. Отрицательный эффект оттока иностранного капитала будет с излишком компенсирован положительными эффектами роста внутренних инвестиций и экспорта. При таком формате макроэкономической политики правительство обычно надеется на конкурентоспособность национальной экономики в глобальном масштабе и ее экспортную ориентацию.

Таким образом, в краткосрочном периоде внешнеторговая и бюджетно-налоговая политика может стать самым эффективным направлением макроэкономической политики при установлении высокой степени мобильности движения капитала и фиксированного валютного курса. И, наоборот, она будет крайне неэффективна, если курс будет плавающим. В последнем случае единственным эффективным направлением макроэкономической политики станет монетарная политика.

С принятием Указа Президента Республики Узбекистан от 2

сентября «О первоочередных мерах по либерализации валютной

политики» кардинально изменились условия, с учетом которых должны выбираться направления и инструменты макроэкономической политики

Даже если выбранный формат макроэкономической политики будет верным с теоретической точки зрения, на практике он может оказаться нереализуемым. Для того, чтобы теоретически обоснованная макроэкономическая политика была результативной, должна быть создана качественная институциональная среда, т.е. финансовые и товарно-сырьевые рынки должны быть конкурентными, а государственные органы управления — работать эффективно. Словом, транзакционные издержки функционирования товарных и финансовых рынков должны быть сведены к минимуму.

Предложения по траектории

Исходя из обзора зарубежного опыта и научной литературы, изложенного выше, представляется важным сформулировать ряд предложений по обеспечению эффективности макроэкономической политики в условиях либерализации валютного рынка и движения международных капиталов. 

Для того, чтобы теоретически обоснованная макроэкономическая  политика была результативной, должна быть создана качественная институциональная среда, т.е. финансовые и товарно-сырьевые рынки должны быть конкурентными, а государственные органы управления — работать  эффективно

Во-первых, реализация стратегии валютной либерализации должна согласовываться с реформами финансово-банковского сектора, общим процессом дальнейших экономических и структурных реформ страны, обеспечением устойчивого экономического роста, сбалансированности платежного баланса и стабильности курса национальной валюты.

Во-вторых, основные направления мероприятий реализуемой политики валютной либерализации должны включать в себя меры по обеспечению контроля за краткосрочными потоками капитала, так как они являются потенциально дестабилизирующими экономику и должны более строго контролироваться, а также косвенные меры по недопущению значительного оттока долгосрочного капитала за рубеж при полном снятии контроля за притоком долгосрочного капитала.

В-третьих, в целях обеспечения успешной конвертируемости сума, а также снижения степени неопределенности ожиданий инвесторов целесообразно принять меры по снижению уровня инфляции до 3-4% и стабилизации этого уровня в долгосрочном периоде. 

В-четвертых, требуются повышение уровня конкурентоспособности отечественной промышленности, обеспечение динамичного экономического роста на базе высокопроизводительных наукоемких технологий и, тем самым, стабильного роста доли готовой продукции в экспорте.

В-пятых, в целях повышения результативности макроэкономической политики необходимо развивать институциональную среду, т.е. внедрять в практику механизмы, обеспечивающие конкуренцию на рынках финансовых ресурсов, труда, недвижимости, сырья, товаров и услуг, повышение качества государственных услуг населению, минимизацию транзакционных издержек функционирования рынков.

В-шестых, необходимо предусмотреть меры по смягчению негативных социальных последствий либерализации валютной политики, таких как рост степени дифференциации доходов населения и уровня малообеспеченности.

В заключение все-таки следует подчеркнуть, что в долгосрочном периоде главными определяющими факторами экономического роста, в любом случае, становятся технологический прогресс, накопление человеческого и физического капитала страны.

 

Ашурали Худайназаров

Review.uz 2014 - 2017. Все права защищены.
Перепечатка материалов допускается только при наличии активной ссылки на портал.