Офшоринг versus Решоринг

 Офшоринг versus Решоринг

в ракурсе логики долгосрочного планирования

     Мировая экономика и глобализация сегодня сталкиваются с растущим числом вызовов и рисков, одним из генераторов которых выступает все отчетливее проявляющееся противостояние между двумя моделями организации производства – офшорингом и аутсорсингом, с одной стороны, и решорингом, с другой.

    Как известно, экономическая глобализация последних десятилетий строилась на дешевой рабочей силе, которая помогала снизить производственные расходы. В силу того, что в развитых западных и азиатских экономиках рост благосостояния привел к удорожанию стоимости рабочей силы, крупные корпорации стали выводить свои производства в менее богатые страны. Этот феномен получил название «офшоринга» (offshoring), который в свою очередь привел к появлению множества других производных, таких как развивающиеся (developed) и формирующиеся (emerging) экономики, глобальные цепочки добавленной стоимости и поставок, глобальные рынки капитала и т.д. Благодаря офшорингу поднялся, прежде всего, Китай, а также поднимаются Вьетнам, Индонезия, Индия, Лаос, Камбоджа и другие страны.

     Еще совсем недавно казалось, что подобная модель глобальной экономики является незыблемой, однако развитие роботизации, широкое внедрение «интернета вещей», энергосберегающих и аддитивных технологий, предиктивной аналитики и искусственного интеллекта неожиданно поставили под сомнение доминирование офшоринга. Новые технологии предполагают новые модели организации производства, в которых практически весь производственный цикл будет находиться на ограниченной территории.

    В дополнение к этому стали меняться запросы потребителей, особенно в развитых странах, которые хотят видеть больше новых товаров и более оперативно получать их. При модели офшоринга доставка товаров из Азии в Европу занимает довольно много времени. Так, по южному маршруту через Индийский океан и Суэцкий канал контейнеровоз затрачивает 34 дня на транспортировку груза из Южной Кореи в Германию. Даже если контейнеровоз изберет Северный арктический путь, то ему все равно нужно будет провести более 20 дней в пути. Естественно, что производства, находящиеся рядом с рынком сбыта, будут выигрывать с точки зрения скорости доставки.

    Против офшоринга также стали играть повышение эффективности новых технологий, удешевление затрат на их производство и рост зарплат в развивающихся странах, например в Китае, обострение геополитической, геоэкономической и военной конкуренции в современном мире, угрожающей сложившимся торговым, транспортным и финансовым связям.

    Таким образом, совокупность всех вышеуказанных факторов создала основу для начала процесса возвращения ранее выведенных производств в развитые страны. Это процесс получил название решоринг (reshoring). Решоринг поставил перед бизнесом и стратегами вопрос о том, какая из двух моделей – решоринг или офшоринг – будет определять облик  мировой экономики в ближайшее десятилетие. Модель решоринга можно условно назвать «моделью Дональда Трампа», а офшоринга – «моделью Стива Джобса». Как известно, американский президент настаивает на возвращении американских компаний на родину для выполнения своего предвыборного обещания о создании за десять лет 25 млн. новых рабочих мест. Стив Джобс, в свою очередь, когда-то  в ответ на вопрос Барака Обамы, почему бы его компании не производить iPhone в США, ответил, что потерянные американские рабочие места не вернутся обратно никогда. В этой связи интерес представляют тренды в ЕС и США – двух крупнейших рынках сбыта, стимулирующих возвращение своего бизнеса из Китая и других развивающихся стран.

     Для Европейского Союза и в первую очередь Германии возвращение производств из Китая уже становится реальностью. Полностью возвратил свое производство в г.Эрбах из Китая такой известный производитель утюгов, как фирма Rowenta, чему способствовала ставка на промышленных роботов. Также вернулась на родину компания Märklin, специализирующаяся на создании железнодорожных моделей. На головном заводе компании в Гёппингене были внедрены роботы и новые станки с числовым программным управлением, что позволило коллективу выполнять один и тот же объем работы, который ранее делало в десять раз большее количество китайских рабочих. К возвращению производств или подготовке условий для него приступили сотни немецких фирм. Среди одной из причин для возвращения часто называется то, что дешевый китайский труд далеко не всегда обеспечивает высокое качество, которое требуют немецкие компании с известными брендами.

     По оценкам экспертов «Рейнско-Вестфальской высшей технической школы (RWTH)» в Ахене (Германия), в ближайшее десятилетие можно будет ожидать возвращения в Европу мощностей швейной промышленности из Китая в силу растущей автоматизации европейской швейной промышленности. Расчеты показывают, что автоматизация позволяет экономить около 40% рабочего времени при выпуске сложных и до 70% при изготовлении простых видов одежды, что существенно снижает издержки производства. В качестве примера приводится компания Adidas, которая частично вернула в Германию серийное производство кроссовок, запустив в 2017 году роботизированные линии на заводе Speedfactory г.Ансбах (Бавария, Германия).

     Некоторые промышленные и политические круги Германии считают, что для сохранения рабочих мест и возвращения ранее выведенных в Китай производств в страны Евросоюза необходима более широкая поддержка со стороны государства. Они воспринимают КНР как глобального конкурента, который проводит экономическую экспансию, опираясь на модель государственного капитализма, отнимает рабочие места и рынки у европейских компаний и дестабилизирует мировой рынок посредством перепроизводства. Наглядным проявлением подобного рода настроений может служить подготовленный «Федеральным объединением немецкой промышленности (BDI)» документ «Партнер и системный конкурент. Как нам быть с управляемой государством экономикой Китая?».

     Что касается США, которые наряду с ЕС являются крупнейшим «пострадавшим» от офшоринга игроком мировой экономики, то они также стимулируют политику решоринга. По оценкам The Reshoring Initiative, с 2010 года общее число возвратившихся в США рабочих мест составило 576 тысяч. В 2017 году из 189 тыс. созданных новых рабочих мест в США 90% были рабочие места, возвратившиеся из-за рубежа. Эксперты полагают, что политика Трампа по повышению тарифов для китайского импорта может способствовать возвращению компаний в США. Возросшее давление на Китай привело к тому, что в период с января по июль 2018 года 16 компаний возвратили рабочие места и инвестиции в США, в то время как за весь 2017 год вернулось всего 14 компаний.

     Решорингу могут способствовать растущие темпы роботизации в американском секторе услуг и производстве. По данным Ассоциации содействия автоматизации (США), в 2018 году объем поставок роботов для американских компаний достиг 28,5 тысячи, что почти на 16% больше, чем в 2017 году. При этом роботы покупали не только автопроизводители, но и все большее число компаний из других секторов экономики. Еще одним фактором в пользу решоринга в США и ЕС могут стать возросшие экологические требования к импортируемой продукции. Страны с низкими производственными издержками часто пренебрегают требованиями экологии, что позволяет им удешевлять свою экспортную продукцию. В противовес им производства на основе инновационных технологий в развитых странах отвечают требованиям «зеленой» экономики, разумно используя воду, энергию и химикаты, и это импонирует их потребителям.   

      Означает ли все вышесказанное, что офшоринг в долгосрочной перспективе может проиграть решорингу? Пока сложно дать однозначный ответ на этот вопрос. В настоящее время в Азии, Африке и Латинской Америке есть еще много стран, имеющих дешевую рабочую силу и способных принять у себя выводимые производства. Также офшоринг может трансформироваться, приняв вид нэашоринга (nearshoring), т.е. модели, при которой производства для снижения транспортных издержек переводятся в страны, расположенные рядом с рынками сбыта развитых экономик. Как отмечается в исследовании McKinsey «Is apparel manufacturing coming home?», потенциальными претендентами в борьбе за швейные производства, которые могут уйти из Азии, наряду со странами ЕС и США, являются Турция, Марокко и Тунис, географически расположенные рядом с ЕС, а также Мексика, Гватемала, Гаити, Гондурас и Сальвадор, нацеленные на рынок сбыта в США.

      В области высоких и цифровых технологий сдерживающим фактором для решоринга из Китая может стать высокая зависимость западных компаний от китайских редкоземельных металлов. Вернуть их в США и ЕС станет возможным в случае полного обеспечения их отечественным сырьем.

     Для Узбекистана, который рассчитывает стать частью глобальных цепочек создания добавленной стоимости и привлечь западные производства и инвестиции, развитие соперничества между моделями офшоринга и решоринга может иметь большое значение для будущего его реформ, поскольку эти две модели предполагают разные логики долгосрочного планирования.

 

 

Рустам Махмудов

Экономическое обозрение №3 (231) 2019

Комментарии