Мифотворчество вокруг АЭС

    Заместитель генерального директора Агентства по развитию атомной энергетики Узбекистана («Узатом») Виталий Драгунов о том, при каких условиях атомная энергетика становится «зеленой».

   У этой статьи есть предыстория. Два года назад спецкор «ЭО» побывала на «Атомной неделе», проходившей в рамках специализированной выставки Astana Expo 2017. После в нашем журнале было опубликовано интервью с руководителем Регионального центра «Росатом Центральная Азия» Виталием Драгуновым. Тогда мы даже представить не могли, что спустя всего лишь несколько месяцев будет принято решение о развитии в Узбекистане мирного атома и строительстве первой атомной электростанции. Изменения произошли и в жизни Виталия Драгунова – теперь он является одним из руководителей атомной отрасли нашей страны, живет и работает в Ташкенте.

 – За эти два года, которые пролетели очень быстро, произошло невероятно много событий, – говорит Виталий Юрьевич. – В середине 2018 года руководством Узбекистана мне была оказана чрезвычайно высокая честь: я был приглашен на работу во вновь создаваемую организацию вновь создаваемой отрасли – Агентство по развитию атомной энергетики «Узатом». И это при том, что я являюсь иностранным гражданином! Высокое доверие и большая ответственность.

   Не скрою, для меня это было непростое решение, настоящий профессиональный вызов. До этого почти 20 лет я работал в различных организациях российской атомной отрасли – руководил строительными проектами в сложных условиях, занимался вопросами ядерной и радиационной безопасности, принимал участие в создании международной региональной сети атомного энергопромышленного комплекса, руководил региональным центром госкорпорации «Росатом» по Центральной Азии. На новом месте мне предстояло переоценить весь свой многолетний и разнообразный опыт, преобразовать его в матрицу государственного управления и применить в новом для меня законодательном и нормативно-правовом поле.

 – Вам теперь приходится вести переговоры с бывшими российскими коллегами и отстаивать интересы Республики Узбекистан. Как Вам это удается?

– Знаете, профессиональный футболист не перестает быть футболистом, когда переходит играть за другой клуб в другой стране. Мы ведь не удивляемся, почему Криштиану Рональдо не менее добросовестно играет за итальянский «Ювентус», чем он играл за испанский «Реал». В спорте это называется профессионализмом. Почему Вы считаете, что так не должно быть и в других сферах?

   К тому же специалисты атомной отрасли являются особой категорией людей: все мы, вне зависимости от национальности и гражданства, занимаемся одним самым важным и серьезным делом – обеспечиваем безопасность использования ядерной энергии. Мы стараемся помогать друг другу, искренне сотрудничаем, делимся опытом. Кстати, специалисты любой иностранной атомной электростанции, к которой мы сейчас обращаемся с просьбой показать свою АЭС, научить каким-то нюансам ее эксплуатации, всегда откликаются положительно и искренне делятся своим опытом. Что касается меня лично, то я считаю себя профессионалом и привык добросовестно работать и приносить пользу своему работодателю, так что с мотивацией отстаивать интересы Узбекистана у меня проблем нет. 

 Закон и порядок

– Насколько мне известно, Вы непосредственно участвовали в разработке законопроекта о мирном атоме. Для чего нужен этот закон? Какова его основная роль в процессе становления атомной отрасли Узбекистана? Почему депутаты отправляли законопроект на доработку?

– Поручение главы государства на разработку законопроекта было выдано в том же Указе о мерах по развитию атомной энергетики в Республике Узбекистан, которым было создано агентство «Узатом» и которым дан старт Проекту.

   Создание новой отрасли требует изменения нормативно-правовой базы страны, определения уполномоченных государственных органов и их функций, создания государственной регулирующей основы, установления особого порядка лицензирования и разрешительной деятельности. Также необходимо установить законодательные правила выбора площадок для размещения АЭС, их проектирования и строительства, особый порядок учета, ввоза и вывоза ядерных материалов, порядок возмещения вреда и действий в аварийных ситуациях. Цель закона – регулирование всех этих отношений при осуществлении деятельности в области использования атомной энергии.

    Законопроект является достаточно сложным, вводятся новые понятия и процессы. Специально созданная рабочая группа министерств и ведомств Республики Узбекистан неоднократно рассматривала каждое положение, сопоставляла с подходами по аналогичным вопросам иностранных законодателей. Заверяю Вас, нами был использован лучший мировой опыт. Что касается возврата законопроекта депутатами на доработку, то это нормальное и ожидаемое действие, тем более, повторюсь, речь идет о создании новой отрасли – с новыми терминами и новыми процессами. Депутаты обратили внимание на некоторые недочеты, связанные, прежде всего, не с техническими или регуляторными вопросами, а с принятой в стране и устоявшейся законодательной техникой. В законотворчестве спешить не принято, все формулировки должны быть прозрачными и понятными, должны трактоваться однозначно. Рабочая группа провела «работу над ошибками», и буквально через несколько недель законопроект был принят Законодательной палатой Олий Мажлиса во втором и третьем чтениях. Ждем рассмотрения законопроекта в Сенате.

 Когда энергетика бывает «зеленой»

– Специалисты утверждают, что атомная энергетика – это «зеленая» энергетика. Но большинство людей уверены в обратном. Какие шаги необходимо предпринять в плане общественной приемлемости атомной энергетики?

– Я не в полной мере согласен с утверждением, что атомная энергетика сама по себе является «зеленой». И ветровая, и солнечная энергетика сами по себе не являются «зелеными». Сегодня нет абсолютно безопасных и абсолютно экологически чистых технологий. Есть условие отнесения энергетической технологии к «зеленой» – жесткое и неукоснительное соблюдение требований безопасности и требований защиты окружающей среды. Если токсичные отходы, образующиеся при производстве солнечных панелей, бесконтрольно сбрасываются в реку, то как можно считать солнечную энергетику «зеленой»? А если ветровая станция проектируется на пути сезонных перелетов птиц, то о какой «экологичности» ветровой энергетики идет речь?

    Специалисты атомной энергетики и ядерные регуляторы больше других уделяют внимание вопросам безопасности и защиты окружающей среды. При выборе площадки для АЭС, выборе ядерной технологии и при проектировании ни один объект не требует стольких обоснований, расчетов, экспертиз и лицензий. Ни в одной энергетической отрасли нет столь строгих требований к эксплуатационному персоналу, которые всегда неукоснительно соблюдаются.

  Все происходящее на Проекте находится под государственным надзором в области ядерной, радиационной, промышленной, санитарной, пожарной и экологической безопасности, а также под пристальным международным контролем со стороны МАГАТЭ. Так что атомная энергетика, как и любая другая, становится «зеленой» только при условии неукоснительного соблюдения требований безопасности.

   Что касается благоприятного влияния работы АЭС на природную среду, то все это есть в учебниках. Тем не менее, приведу два примера. Ежегодно только атомные станции Европы позволяют избежать выброса в атмосферу более 700 миллионов тонн углекислого газа. То есть повышение доли атомной энергетики в энергобалансе ощутимо способствует предотвращению глобального потепления на планете.

  Теперь о воде. Первый замкнутый контур АЭС является прочно-плотным и полностью герметичным физическим барьером безопасности в составе глубокоэшелонированной защиты. Вода внутри него циркулирует и надежно изолирована от окружающего мира. Вода второго замкнутого контура АЭС в парообразном состоянии предназначена для вращения турбины. Она не соприкасается с водой первого контура АЭС, не подлежит сбросу и также надежно изолирована от окружающей среды. Эти два контура не требуют большого расхода воды, потому что они замкнутые. А вот для охлаждения конденсатора турбины (ровно по таким же принципам, как и в тепловой энергетике) воды требуется много. Предполагается, что вода для этой цели будет поступать на АЭС в том состоянии, в котором она находится в водоеме. Но такую воду нельзя использовать для охлаждения оборудования, иначе оно быстро придет в негодность, то есть охлаждающую воду нужно очищать специальными фильтрами. Забрав тепло от турбины, эта очищенная вода через системы охлаждения попадает обратно в водоем. Причем в очищенном и полностью безопасном состоянии. Налицо польза для водоема, вода которого в результате работы АЭС очищается, причем без рисков радиоактивного загрязнения. Возможность рассказать читателям об этом – еще один пример, что открытое обсуждение насущных вопросов выгодно атомщикам, чтобы доносить до людей правду и не давать повода для ошибочных суждений и распространения мифов.

 Мифы и реальность

– Какой самый нелепый миф об атомной энергетике Вам приходилось слышать?

– Их много. Мифы сначала придумывают те, кому они выгодны, а потом они же искусственно распространяют эти мифы. В век интернета и повсеместной информатизации любознательным людям важно уметь выбирать достоверные источники информации. Давайте приведу несколько примеров.

   Остановите любого человека на улице и спросите у него: «Какая самая крупная в истории техногенная катастрофа?» Уверен, что получите заведомо ошибочный ответ: «Авария на Чернобыльской АЭС». Да, это была тяжелая авария с человеческими жертвами и загрязнением радионуклидами значительных территорий. Да, геройски погибли пожарные и часть персонала – всего 31 человек. Но разве можно сравнить эту катастрофу со взрывом на химическом заводе в индийском Бхопале в 1984 году, где в один день погибли более 3 тысяч человек, а всего около 18 тысяч? Но не вспоминают СМИ эту катастрофу, ведь это невыгодно магнатам химической промышленности. 

   Еще пример. В наших социальных сетях часто можно встретить мнение, что весь мир отказывается от атомной энергетики. Чаще всего в пример ставится Германия, которая выбрала для развития энергию ветра и солнца. Реальная ситуация не совсем такая. Во-первых, указанное намерение немецкого правительства было оформлено 19 лет назад, а атомные электростанции в Германии продолжают работать и по сей день – семь атомных энергоблоков. В этом можно убедиться в онлайн-режиме на сайте МАГАТЭ. Во-вторых, пару лет назад Германия была вынуждена закупать электроэнергию с зарубежных АЭС, потому что несколько дней солнечные и ветряные электростанции просто не работали из-за отсутствия ветра и солнца.

  Кстати, Япония уже включает остановленные блоки после «Фукусимы». Наиболее стремительно развивающиеся экономики Индии и Китая планируют значительное усиление сектора атомной энергетики и заключают контракты на сооружение новых блоков. Страны Персидского залива, богатые углеводородами, вплотную занялись строительством АЭС. Среди стран, выбравших атомную энергетику, Турция и Египет, Венгрия и Финляндия.

 Чернобыль в сериале и в жизни

– Сейчас многие взбудоражены и напуганы сериалом НВО «Чернобыль». Вы видели его? Насколько он соответствует действительности?

– Для меня тема самой аварии на Чернобыльской АЭС и ликвидации ее последствий представляет собой очень личную часть моей жизни. Поэтому я стараюсь находить время, чтобы читать книги, где авторами выступают именно участники тех событий, а не случайные фантазеры.

   Мне в течение 10 лет (с 2004 по 2013 годы) посчастливилось вложить свои знания и энергию в руководство сложными проектами на объекте «Укрытие» Чернобыльской АЭС, в том числе в один из ключевых проектов того времени на площадке ЧАЭС – «Стабилизация». В сложных радиационных условиях разрушенного аварией энергоблока мы изнутри и снаружи укрепили конструкции «Укрытия», построенного в 1986 году, предотвратив его медленное разрушение как минимум до 2023 года и дав возможность коллегам спокойно работать над сооружением новой защитной арки.

   Сейчас на станции уже не вспоминают, что американские и французские консультанты ЧАЭС в начале 2000-х годов считали, что условия объекта «Укрытие» настолько сложные, что выполнить стабилизационные мероприятия невозможно. Но на проект пришел российский гигант по сооружению атомных электростанций «Атомстройэкспорт» и вместе с украинскими партнерами из «Южтеплоэнергомонтажа» сначала выиграл международный тендер, а затем выполнил сложнейший контракт в установленные сроки и без превышения бюджета проекта. И главный успех – ни Россия, ни Украина не получили ни одного нового ликвидатора. Установленный нами на проекте приоритет безопасности для людей позволил исключить превышение контрольных уровней радиационной безопасности и сохранить их здоровье. Не буду скрывать, я горжусь этим результатом.

   В общем, показ сериала «Чернобыль» я ждал с нетерпением. Правда, после просмотра первой серии желание смотреть дальше отпало. Авторы не смогли передать весь истинный колорит русской души. Как русские водку стаканами пьют повсеместно, показать додумались, а вот про медведей с балалайками на улицах забыли. Шучу. Фильм досмотреть пришлось, потому что ожидал вопросы ко мне от моих детей и от коллег. Мнение следующее: для профессионалов фильм интереса не представляет. Это же художественный сериал, а не документальная лента. Ведь после просмотра «Игры престолов» мало кто поверил, что показанные там события происходили на самом деле. Про достоверность событий при аварии, показанных в сериале «Чернобыль», судить не буду, ведь я не был их участником. Удивило долгое (почти целая серия) внимание к трем несчастным охотникам за домашними животными и полное игнорирование трудового подвига сотен тысяч людей, которые сначала за полгода построили и сдали в эксплуатацию защитное сооружение – объект «Укрытие», а потом очистили и включили в сеть блок №3 АЭС, который от аварийного блока №4 буквально отделен стеной.

    Еще у меня остался мерзкий осадок от того, как показаны в сериале работники станции, пожарные, ликвидаторы. Ведь речь о достойных людях, все они были настоящими героями! А тут… Вот скажите, как может отнестись семья американского пожарного, погибшего 11 сентября 2001 года в рухнувшем здании Всемирного торгового центра, к кадрам художественного фильма, на которых их отец, муж или сын не геройски пошел спасать людей, а оказался в здании просто потому, что он был пьян? Работники Чернобыльской АЭС для меня как семья. Помню каждого, с кем мне довелось вместе работать на станции или пересекаться по служебным делам. И каждого буду помнить всю жизнь. 

   Пугаться или нет сериала? Все зависит от вашей осведомленности о радиации. Если этот вопрос вам интересен, вспомните школьный курс физики или почитайте литературу. Радиация всегда и везде вокруг нас. На борту пассажирского самолета на высоте 10 тысяч метров уровень ионизирующего излучения приблизительно такой же, как у стены объекта «Укрытие» ЧАЭС. У меня есть дозиметр, я сам измерял. Почему в самолете вы не боитесь радиации, спокойно летаете сами и берете с собой детей? Может быть, потому, что вам никто настойчиво не внушал, что радиация в самолете опасна для здоровья?

 Опыт «Фукусимы»

– Наш регион относится к сейсмичным. В этой связи сразу же вспоминают аварию на «Фукусиме». Как учитывает проект нашей АЭС этот фактор?

– События на АЭС «Фукусима» – еще одно заблуждение, искусственно развиваемое в средствах массовой информации по всему миру. Нужно вспомнить последовательность и взаимосвязь событий. Сначала произошло сильнейшее землетрясение, которое было настоящей трагедией для всей Японии, вызвав повсеместные разрушения, но которое не причинило практически никакого вреда атомной электростанции «Фукусима». Автоматика распознала потенциально опасную ситуацию и на всякий случай отключила энергоблок в штатном режиме. Любой механизм после остановки требует охлаждения, и в проекте АЭС для этого предусмотрено 72 часа – трое суток. Для этого на АЭС имеется специальное оборудование, которое питается от электроэнергии. Это оборудование автоматически запустилось также в штатном режиме. Однако после землетрясения пришла разрушительная волна цунами. И снова атомные блоки АЭС выдержали удар стихии. Но при этом вода залила дизель-генераторы, расположенные в подвалах АЭС, и система охлаждения утратила источник энергии. Подчеркну, что на российских АЭС уже несколько десятилетий эти аппараты расположены намного выше нулевой отметки. А дальше началось необъяснимое. За трое суток персонал АЭС не смог подать электроэнергию для питания охлаждающей системы. В итоге один за другим блоки стали взрываться. Так что причина аварии на АЭС «Фукусима», на мой взгляд, кроется не в землетрясении и даже не во влиянии на АЭС его последствий в виде цунами, а в экономии на мелочах эксплуатирующей организацией и в невыполнении на станции рекомендаций МАГАТЭ, которые к тому времени давно были выполнены на АЭС российского дизайна.

   Противоположный пример. При ужасном землетрясении в армянском Спитаке в 1988 году, когда города и поселки были буквально стерты с лица земли, Армянская АЭС, построенная в конце 1970-х, никак не пострадала. Уже после землетрясения станция была на всякий случай в плановом режиме остановлена и обследована. Персонал убедился, что инженерные решения прошлого века смогли преодолеть факторы землетрясения и станцию вновь запустили. С тех пор инженерная и конструкторская мысль продвинулись далеко вперед, что дает нам уверенность в безопасности современных технических решений.

   Чтобы минимизировать риски влияния землетрясений на работу и безопасность АЭС, разработаны и утверждены нормы и правила в области использования атомной энергии, а также нормы МАГАТЭ, в которых установлены так называемые запрещающие факторы – вероятность землетрясения свыше 9 баллов и наличие на площадке АЭС активного тектонического разлома. Так что при выборе площадки для АЭС есть четкие критерии безопасности, которые соблюдаются безусловно. Сейчас на приоритетной площадке в Джизакской области проводятся полномасштабные многомесячные инженерные изыскания, которые докажут безопасность выбранной площадки размещения АЭС.

 Что происходит с отходами?

– Многих волнует вопрос хранения топливных отходов. И это одна из причин, почему некоторые выступают против строительства АЭС. Как обстоит с этим дело в проекте, который планируется реализовать в Узбекистане?

– Люди много говорят об опасности отходов атомной энергетики, но при этом не вспоминают, что ни одна отрасль так не занимается своими отходами, как атомная энергетика. Почему не говорят о колоссальном ущербе окружающей среде от радиоактивных металлических труб и шламе, оставшихся от нефтедобычи? Я лично видел в одной стране тысячи тонн ржавых радиоактивных труб, которые лежат просто под открытым небом и даже толком не охраняются. Что теперь? Отказаться по всему миру от нефтедобычи? Разумнее обратить внимание правительства, чтобы ситуация была исправлена.

  В атомной энергетике каждая микроскопическая радиоактивная частица подлежит строгому учету, особому обращению и мощной физической защите. Невозможно даже себе представить, чтобы радиоактивные отходы были как-то по-тихому вывезены с территории АЭС и где-то размещены. Что тогда говорить про отработавшее ядерное топливо? Заверяю, ядерные материалы будут надежно охраняться, строго учитываться. Обращаться с ядерными материалами будут только специально обученные и аттестованные специалисты, причем под контролем органов государственного ядерного надзора.

   Еще замечу, что понятия «топливные отходы» не существует в атомной энергетике. Отработавшее ядерное топливо не является отходом. Это энергетический материал, ценность которого определяется мировой ценой на природный уран. Если цена на природный уран начнет расти, то выгодно будет перерабатывать отработавшее ядерное топливо в свежее топливо. Такие технологии уже есть и отработаны на практике. Государственная стратегия обращения с отработавшим ядерным топливом сейчас находится в стадии проработки. Приоритетом при разработке стратегии является ядерная безопасность и защита окружающей среды, только после этих приоритетов включаются экономические и логистические факторы.

 Можно ли без АЭС?

– Каковы перспективы развития мировой атомной энергетики и мирного атома на ближайшие 10 лет?

– Прежде всего, это развитие и дальнейшее повышение безопасности использования атомной энергии, повышение культуры безопасности и уровня квалификации работников атомной отрасли во всех странах, использующих атомную энергию. И здесь, по моему убеждению, лидирующая роль отводится странам-поставщикам ядерных технологий, которые должны быть крайне заинтересованы в постоянно высоком уровне безопасности и надежности объектов использования атомной энергии.

    Без развития энергетики невозможно развитие промышленного производства. Водные ресурсы для гидростанций ограничены, солнечная и ветровая энергетика не обеспечивают требуемой надежности энергоснабжения, мировые запасы нефти и газа постепенно истощаются, влияние выбросов углекислого газа на климат планеты все более удручающее. Поэтому среднесрочное будущее – за разумным балансом безопасной атомной энергетики и возобновляемых источников.

  Среди стран, разрабатывающих ядерные технологии, идет жесткое соревнование по скорейшему выходу на применение ядерно-энергетических технологий следующего, четвертого поколения. Речь о фактически замкнутом ядерно-топливном цикле и о естественных системах безопасности. Некоторые страны заявляют, что уже в следующем десятилетии появятся опытно-промышленные образцы таких энергетических объектов.

   Что касается применения термоядерных технологий в энергетике, то пока учеными только изучаются возможности материалов, которые могут выдерживать столь экстремальные нагрузки, прежде всего, температурные. Так что на несколько десятилетий вперед практическое применение термоядерных технологий в энергетике маловероятно.

   Ядерные технологии непосредственно участвуют в выполнении целей ООН в области устойчивого развития. На мой взгляд, все большее развитие в ближайшие годы получит не только развитие атомной энергетики, но и неэнергетическое применение ядерных технологий. Развитие ядерной науки и технологий будет все больше влиять на экономический рост развивающихся стран. В медицине будут развиваться технологии лучевой диагностики и безоперационного лечения. В сельском хозяйстве все большее применение найдут безопасные нехимические технологии обработки сельхозпродукции, благодаря которым повысится безопасность пищевых продуктов, а сроки хранения увеличатся в разы. В странах, испытывающих недостаток водных ресурсов, будут все больше применяться технологии обработки промышленных стоков, что позволит улучшить качество водных ресурсов и повысит возможность их повторного безопасного использования. Все чаще изотопные методы дистанционного и неразрушающего исследования будут находить применение в различных сферах нашей жизни.

 – Может ли Узбекистан обойтись без атомной энергетики?

– Скажите, а зачем Узбекистану отказываться от атомной энергетики, если это один из самых надежных, экономичных и экологически чистых источников энергии при условии должного отношения к безопасности? Зачем отказываться от масштабных инвестиций и десятка тысяч рабочих мест? Зачем отказываться от расширения в стране промышленного производства и роста ее научно-технического потенциала? Зачем нам продавать за границу урановое сырье, когда можно добытый в Узбекистане уран использовать в ядерном топливе для наших АЭС? Зачем сжигать драгоценный газ для производства электроэнергии, когда его можно перенаправить на производство товаров с более высокой добавленной стоимостью, которые востребованы на мировом рынке?

   Посмотрите на карту размещения АЭС по всему миру. Подавляющее большинство АЭС расположены именно в тех странах и регионах, которые во второй половине ХХ века сделали колоссальный рывок в экономическом развитии – США, Германия, Франция, Япония, Китай. Значительная часть этого успеха обусловлена именно низкой ценой на электроэнергию, что обеспечила в этих странах именно атомная энергетика. Так почему бы Узбекистану, наряду с вышеуказанными странами, не применить этот эффективный рычаг для качественного развития страны?

 

 

Татьяна Петренко

Экономическое обозрение №7 (235) 2019

 

Комментарии