Инновационная активность компаний в Узбекистане

Инновационная активность компаний  в Узбекистане

Сегодня в основе развития любой экономики лежит активное применение инноваций в процессах производства, распределения и потребления в целях создания новой потребительской ценности, улучшения финансовых результатов и повышения производительности.

Инновации также способствуют росту благосостояния общества через повышение качества жизни и уровня безопасности, уменьшение отрицательных экологических последствий. О том, как обстоит дело с внедрением инноваций в мире и компаниях Узбекистана, по данным опроса Всемирным банком предприятий, в анализе Центра экономических исследований и реформ.

Спрос на инновационный тип развития

Уже в начале 80-х годов прошлого века, которые характеризовались избытком мощностей, спадом рентабельности, ростом дефицита бюджетов, снижением доходов, многие экономики мира постепенно стали переходить от экономики, основанной на «кирпиче и растворе» к экономике программных пакетов, цифровых ДНК-кодов и других высокотехнологичных продуктов. Интернет здесь выступал как инфраструктура для развития появившейся новой экономики, основанной на инновациях.

В 90-х годах в США уже 60% всех инвестиций приходились на долю сектора информационных технологий, что приводило к росту занятости в секторах, производящих и использующих эти технологии (в основном, сфера услуг). Зарплата в этих секторах на 80% превышала средний уровень по экономике и производительность увеличивалась в среднем на 42% в год. Рост экономики почти полностью обеспечивался за счет роста ИТ-сектора, несмотря но то, что его доля в структуре ВВП составляла 1,2%.

Секторы, обладающие потенциалом быстрого роста, такие как ИТ, назывались высокотехнологичными, в силу высокой доли инвестиций в инновации и повышения квалификации персонала. В эти секторы, помимо ИТ, можно было отнести электронику, услуги в области здравоохранения, бизнес-услуги и др. В отличие от них, в среднетехнологичные отрасли входят такие отрасли, как производство моторных двигателей, транспортного оборудования и др., а в низкотехнологичные — в основном, трудоемкие отрасли промышленности, традиционные виды услуг (торговля и др.).

Существует большое количество исследований, выявивших огромную роль знаний и инноваций в обеспечении роста экономики. Например, Личтенберг и др. выяснили, что увеличение накопленных знаний в экономике (доли НИОКР в ВВП) на 10% приводит к дополнительному росту ВВП на 1-2% (если учесть, что объемы инвестиций в НИОКР не столь значительны по отношению к ВВП — от 0 до 4%, то это значительный вклад). Отдача от частных расходов на НИОКР в 7 раз превышает отдачу от расходов на физический капитал.

Кроме того, знания и инновации обладают свойством распространения в других странах. Исследования выявили, что менее крупные страны выигрывают от инвестиций в НИОКР в более крупных странах. Например, увеличение доли расходов на НИОКР на 0,5% в США привело к росту ВВП в этой стране на 9%, а в Канаде на 7% (Coe and Helpman). 60% инноваций уже к четвертому году после внедрения имитируются в других странах. Идеи о применении инноваций доходят до конкурентов уже через 1-1,5 года. Малые предприятия выигрывают от увеличения НИОКР в крупных компаниях, приобретая их опыт. При этом персональные контакты, конференции, ярмарки, семинары, встречи являются важным каналом распространения знаний и инноваций.

Спрос на инновационный тип развития особенно усилился в последнее время на фоне роста экономических, финансовых, экологических вызовов, что создает необходимость во многих развивающихся странах расширения производства и экспорта не столько сырьевых товаров, сколько наукоемких конкурентоспособных готовых изделий.

Кроме того, сегодня во многих развивающихся странах существует потенциальный спрос на инновационные решения в инфраструктурных и социальных секторах. Например, жилищно-коммунальные комплексы нуждаются в целом ряде инновационных решений — от новых технологий работы ТЭЦ, котельных и новых способов очистки воды до новых способов контроля над потреблением ресурсов и снижения энергопотерь при транспортировке тепла и электроэнергии в инженерных сетях. Так, обстоят дела и в сфере образования, здравоохранения, социальной защиты и в других секторах.

Узбекистан в Глобальном инновационном индексе

Основным индикатором инновационного развития можно считать Глобальный инновационный индекс. Индекс отражает как вложения в инновации, так и их результативность. Состоящий примерно из 80 показателей, GII направлен на то, чтобы охватить многомерные аспекты инноваций. Критерии индекса включают в себя состояние институтов, человеческий капитал, соответствующую инфраструктуру, кредиты, инвестиции, связи, усвоение и распространение знаний, творческие результаты.

В 2020 году Узбекистан занял 81-е место по вкладу в инновации и 118-е по результатам инновационной деятельности. Это значит, что Узбекистан занимает 12-е место среди 29 стран с уровнем дохода ниже среднего и 4-е место среди 10 экономик Центральной и Южной Азии. Узбекистан имеет относительно высокие баллы по четырем из семи важных показателей индекса, по сравнению со странами, у которых схожие условия развития: институты (легкость открытия бизнеса), человеческий капитал и исследования (расходы на образование, соотношение учеников и учителей, выпускники в области науки и техники), инфраструктура и развитость рынка (общая инфраструктура, государственная онлайн-служба, валовое накопление капитала), которые выше среднего для группы с доходом ниже среднего. Напротив, Узбекистан имеет показатели ниже среднего по таким категориям, как инновационность бизнеса (вклад в НИОКР, импорт технологий), знания и технологии (экспорт услуг ИКТ) и творческие результаты (интернет-творчество, общие домены верхнего уровня, создание мобильных приложений).

Инновационность компаний

Группа Всемирного банка провела опрос малых, средних и крупных предприятий во всех регионах Узбекистана. Секторный охват включает весь промышленный сектор и большинство секторов услуг: розничная и оптовая торговля, ремонт автомобилей, гостиницы и рестораны, транспорт, складское хозяйство, связь, строительство и ИТ. Анализ Центра экономических исследований и реформ показал следующее.

Только 23,2% фирм Узбекистана заявили, что применили продуктовые инновации и 14,4% — процессные инновации в течение последних трех лет. Вместе с тем, только 5% из этих фирм расходовали на эти цели более 100 долл. США. За последние три года 10% опрошенных фирм применили внешние передовые знания, 13% использовали внутренние возможности и 7% воспользовались аутсорсингом на контрактной основе для внедрения инноваций.

Продуктовая инновация это вывод на рынок нового товара или услуги, либо значительное усовершенствование существующих товаров и услуг. Значительное улучшение подразумевает использование новых компонентов, материалов, способа предоставления услуг.

Процессная инновация это внедрение нового или значительно улучшенного производственного метода, метода доставки или послепродажной поддержки продукции. Она также включает в себя существенные изменения в используемом оборудовании и (или) программном обеспечении.

По сравнению с другими развивающимися странами, инновационная активность узбекских предприятий относительно низкая. Например, в развивающихся странах с доходами ниже среднего 36% фирм внедряли инновационные продукты, 35% — процессные инновации. В странах Восточной Европы и Центральной Азии эти цифры составили 29% и 20%, соответственно.

Фирмы, заявившие о внедрении инноваций, показывают относительно высокий уровень производительности труда. Например, если в фирмах, внедривших продуктовые инновации, на одного работника приходятся 67 млн. сум. производства, то в фирмах, не внедривших продуктовые инновации, эта цифра равняется 55 млн. сумов. Такая разница наблюдается по всем 6 показателям инновационности фирм.


При исключении специфических региональных, отраслевых эффектов и размера компаний разница в уровне производительности труда сохраняется среди фирм, внедривших продуктовые инновации (28%), процессные инновации (27%) и использовавших внутренние ресурсы при внедрении инноваций (43%).

Наиболее инновационно активными являются государственные предприятия. Например, 36% государственных фирм внедрили продуктовые инновации (негосударственные фирмы — 29%), процессные инновации – 22% (негосударственные — 17%), расходы на НИОКР – 15% (негосударственные — 7%), использовали внутренний потенциал 16% (негосударственные — 13%) и привлекли внешних участников 15% (негосударственные — 7%). Иностранные предприятия также показывают относительно высокую инновационную активность. Однако частные фирмы оказались менее вовлеченными в инновационные процессы.

Инновационная активность фирм увеличивается по мере роста размера фирмы. Так, 32% всех крупных предприятий заявили о внедрении продуктовых инноваций, среди средних фирм эта цифра равна 30% и малых — 28%. Такая закономерность наблюдается по всем показателям инновационной активности. Это можно объяснить тем, что внедрение инноваций является дорогим удовольствием, и, в основном, крупные предприятия с большими финансовыми ресурсами могут позволить себе эти расходы.

Возраст фирмы также оказывает потенциальное воздействие на инновационную активность. Так, например, фирмы, созданные в течение последних 5 лет, менее активны, чем фирмы, созданные более 5 лет назад.

Инновационная активность, в свою очередь, положительно влияет на рост занятости. Например, в 83% всех фирм, внедривших продуктовые инновации, произошло увеличение персонала (против 75% в не внедривших). Похожая ситуация наблюдается и по другим индикаторам.

Выводы

Государству необходимо создать стимулы частному сектору для внедрения инноваций. Это может включать меры по стимулированию экспортной деятельности предприятий или же роста показателей эффективности производства предприятий (энергосбережения, производительности труда, водосбережения, капиталоэффективности и др.).

Кроме того, необходимо создать дополнительные механизмы, стимулирующие рост размера и возраста фирм, так как именно опытные и крупные фирмы имеют необходимые ресурсы инвестировать в инновации.

В стране/Инновационное развитие

Бахтишод Хамидов, ЦЭИР

Журнал «Экономическое обозрение» №9 (261) 2021


Поделиться постом

Похожие новости